Кристмас

Ее поражало опустившееся на лес ледяное безмолвие. Тишину нарушал только шепот продолжающего работать двигателя. Наконец Марина поняла: еще несколько минут – и она сойдет с ума от неизвестности. Она прислушалась, затем резко распахнула дверцу, вскочила и упала – онемевшие ноги не слушались. В голове вспыхнул огненный шар первобытного ужаса. Сейчас неизвестное существо, затаившееся в ночном мраке, набросится на нее! Сидя на снегу, Марина резко поворачивалась в разные стороны, изо всех сил сжимая пистолет трясущимися руками.

– Я… я вас не боюсь! – исступленно закричала она в темноту.

 – Выходи, сволочь!

Но к ней никто не выходил, вокруг не было ни души, и только черные застывшие деревья, обступившие ее со всех сторон, казалось, безмолвно наслаждались ее истерикой.

Совершенно опустошенная, Марина стала подниматься, держась рукой за колесо автомобиля. Потом с трудом переставляя задубевшие от нестерпимого холода ноги, девушка побрела наугад по лесной тропе. Она не ощущала ни страха, ни усталости: ею овладела полная апатия.

«Пусть чудовище убьет меня или пусть сожрут волки, лишь бы все это побыстрее закончилось», – пульсировала навязчивая мысль.

Только сейчас она обратила внимание, что пистолет стоит на предохранителе. Марина остановилась, опустила рычажок и передернула затвор. Потом поднесла оружие к виску. От нее не ускользнуло, что прикосновение холодной стали сделало голову чистой и необычайно легкой. Перед глазами пронеслась череда детдомовских будней, ощущение счастья, когда ее забирали те, с которыми она впоследствии так жестоко расправилась. Девушка начала давить на спусковой крючок и представила, как взорвутся сейчас ее мозги, а ее тело, полузанесенное снегом, потом будут с жадностью обгладывать волки. Указательный палец застыл и начал медленно распрямляться. Внезапно Марина увидела какие-то огоньки между деревьями. Радость охватила все ее существо, она засмеялась и бросилась к этим спасительным огням."

"Она даже не удивилась ощущению полета, словно пришедшему из детских снов: когда летишь куда-то вниз, дыша полной грудью, и сладко замирает сердце. Она перевернулась в воздухе и услышала странный сухой треск. Что-то толкнуло в спину, прошло сквозь нее и вышло наружу.

Марина увидела, как из груди у нее вырвалось острое жало. Пришла боль, мучительная и всепоглощающая. С каждым вдохом она усиливалась. Марина попыталась пошевелить руками или ногами, но вместо них ощущала лишь ноющую тяжесть. Она услышала рядом с собой тяжелое дыхание, но не могла пошевелить головой, чтобы увидеть, кто находится рядом. Что-то навалилось на Марину и стало двигать ее по острию дальше, к самому основанию. Кровь забурлила в горле и хлынула наружу.