Кристмас

Вполне вероятно, что этот псих умеет обращаться с ружьем, даже невзирая на гниющие руки. Очевидно, инвалид понял, о чем он думает, и оскалился в ухмылке:

– Да, у меня лепра, парни. Проказа то бишь. Так что будете хорошо себя вести – я вас не заражу. А нет, станете такими же.

Александр нервно кашлянул. Перспектива заразиться проказой явно не входила в его планы.

– Не проще ли вам отпустить нас? – спросил Сергей, стараясь придать своему голосу уверенность. – Никому из нас, да и вам не нужны проблемы.

Инвалид хрипло засмеялся, обнажая испорченные зубы.

– Я вас не держу, – ухмыльнулся он. – Можете валить хоть сейчас. Только не будете ли вы жалеть об этом? Как те ваши исчезнувшие друзья.

– Откуда вы знаете про них? – потрясенно спросил Александр.

Мужчина многозначительно хмыкнул.

– Я здесь живу уже достаточно и привык к новогодним чудесам. А они уже начинаются, поверьте. Возможно, последнее, что вы увидите в земной жизни, – это будет маленькая невинная крохотная девочка в белом платьице.

– Бред какой-то, – не выдержал Сергей, Александр мрачно молчал."

"– Слушайте, – уже вполне миролюбиво продолжал сумасшедший, – конечно, вы имеете полное право считать меня ненормальным, хотя, справедливости ради, следует отметить, что я в тех местах побывал.

Но вы можете поверить мне на слово, и тогда, может быть, у вас появится крохотный шанс.

Парни снова переглянулись. И хотя ими обоими владело неудержимое желание как можно быстрее покинуть эту кошмарную комнату, что-то удерживало их на месте. Восприняв это как согласие выслушать его, инвалид начал медленно говорить:

– Я был ученым, хотя теперь им не являюсь в общепринятом значении этого слова.

И вы сейчас поймете, почему. Мы поселились в этой деревне восемь лет назад. Мы – это я, моя жена и дочка, маленькая девочка. Нам был нужен целевой льготный сельскохозяйственный кредит. К тому же меня, как этнографа, очень интересовали местные легенды, и я полагал, что могу получать материал для диссертации и монографии, как говорится, «из первых рук».

Пока Седой повествовал, Сергей смотрел на кровать. Завернутое в одеяло тело больше не издавало никаких звуков. Может, человек уже мертв?

– У местного населения существовало поверье, что тут с древних времен обитают потомственные ведьмы, наделенные сверхъестественной силой.

Они приманивают темные души, то есть души, отягощенные убийством, и собирают их до определенного магического числа, – продолжал монотонно вещать прокаженный. – Аномальная энергетика здешних мест делает из погибшего в этих краях убийцы живого мертвеца – типа зомби. Получается, что душа не улетает в астральный мир, а хранится в теле, как в ларце.