Крючок для пираньи

 — Само по себе импортное происхождение — еще не повод для завлекательных гипотез об иностранной разведдеятельности. А ссылки на широко известные прецеденты — не довод. За бугром придурков хватает.

— То есть ты решительно отметаешь версию насчет того, что «забугорники» пытаются убрать отсюда базу? — спросил Котельников.

— Красивая фраза, Гоша, — сказал Кацуба. — Есть в ней чеканность и, я бы даже усугубил, некая лапидарность. Прям-таки Юлиан Семенов. Версия хорошая, Гоша. Аргументация скверная. Во-первых, базу никак нельзя назвать ни ключевым, ни особо важным звеном соответствующей системы. Задрипанная база, откровенно говоря, — с устаревшими ракетами, с ветхозаветными радарами и электроникой. Тихо догнивает база — если честно, между своими, господа офицеры. И я не предполагаю, что на сопредельной стороне сидят олухи, которым сие не известно… Во-вторых. Ни единого факта о наличии стоящей в тени иностранной агентуры у нас нет. А работать надо с тем, что есть.

— А что у нас есть? — усмехнулся Шишкодремов. — Один «Летучий Голландец», то бишь пресловутый сейнер. С которым ничегошеньки не ясно. После спусков можно будет говорить…

— А я к чему веду? — ухмыльнулся Кацуба. — К одному — не надо разводить раньше времени красивый треп о плащах и кинжалах… Кстати, Гоша, как там насчет хвостов?

— Ну, «Нива» тащится, — сказал Котельников. — Я к ней уже привыкать начал. Как питекантропы работают…

— Вот… — протянул Кацуба. — Ничего мы не имеем, кроме одного-единственного хвоста, работающего в стиле питекантропов. Можно, конечно, говорить, что они валяют дурака на публику… Кто-то горит желанием начать дискуссию? Никто? Вот и ладушки. Значит, часок времени у нас есть перед историческим визитом к мэру. Можно поваляться кверху брюхом, отдыхая от маленьких зелененьких экологических чертиков…

На месте Фаины Мазур увидел совершенно незнакомую женщину, постарше и гораздо неприветливее — типичную гостиничную цербершу старых времен. Ключи она плюхнула на стойку с таким видом, словно совершала величайшее одолжение, — а могла бы и на порог не пустить… Совершенно случайно оглянувшись у лестницы, Мазур встретил ее тяжелый, неприязненный взгляд, направленный в спину, как лучик лазерного прицела.

— Кр-рокодил… — тихо сказал Кацуба. — Какой контраст с нашей неповторимой Фаиной…

Он приостановился, ловко выдернул ключ из пальцев Мазура и сунул ему свой.

— Это зачем? — тупо спросил Мазур.

— Посиди часок в моем, — совсем шепотом сказал Кацуба. — Хочу проверить, не разучился ли в шахматы играть…

— Какие шахматы?

— Потом.