Кроха для генерального

Вечером по дороге сюда заедем в чайную лавку и купим, какой тебе понравится, – тараторит, вновь включив в себе гиперзаботу к очередному проекту в виде нашего ребёнка.

– Не стоит так напрягаться, – не удерживаюсь от колкости.

– Ну что, Аурора, – начинает Алим, когда я, сделав кофе, опускаюсь перед ним. – Зачем тогда мне соврала, что между тобой и моим сыном ничего не было? Мириам меня вчера оповестила, что я скоро дедушкой стану.

– Прости, – искренне извиняюсь, потому что перед ним действительно стыдно. И за ложь. И за свою любовь. И за свою наивность. – Я боялась. Боялась того, что если скажу тебе, то ты не поможешь мне с работой. И вообще, не хотела в твоих глазах выглядеть распущенной девушкой. Но Марк меня тогда покорил, и всё получилось как-то само собой. Прости!

– Покорять он умеет, – вздыхает, недовольно взглянув на сына. – Покорялку свою только в штанах держать не может.

– Я думала, что наша близость может как-то помешать всему, – продолжаю объясняться перед ним. – Да и Марк не помнил обо всём этом. Я думала, ну, раз он не помнит, то ничего между нами и не было. И всё. А оказалось…

– А оказалось, что ты меня дедом сделать решила, – продолжает за меня с тяжёлым вздохом.

– Не нравится? Рано пока, да? – с сомнением спрашиваю.

– Почему не нравится? – удивляется. – Я с радостью готов дедом стать. Детей я люблю! Да и годы у меня уже подходящие. Скоро пятьдесят, как-никак. Главное теперь, чтобы мой оболтус дел не натворил, и ты не сбежала от нашей семейки, как от своей.

– Всё будет хорошо, – обещаю ему, чувствуя облегчение. Не злится. Простил! Ура! – В случае чего у вас всё равно будет внук и связь с ним.

– А у меня? – спрашивает Марк и садится рядом.

– А на твоё поведение мы ещё посмотрим, – отвечает вместо меня Алим, с которым я сейчас полностью согласна.

Глава 20

Аурора

Весь день тружусь как пчёлка и без остановки думаю о произошедшем утром. Точнее, об услышанном. Принимаю тысячу решений и тысячу раз их меняю. Выстраиваю новые линии поведения и отменяю их, считая глупыми или попросту нерабочими.

Но всё же мне удаётся принять одно взвешенное, но очень тяжёлое решение. Решение, которое разобьёт мне сердце вконец, но… по крайней мере, я сделаю хоть что-то, чтобы спасти себя.

После работы выхожу из офиса без Марка. Он ещё часа два назад уехал по делам, о которых не оповестил ни меня, ни своего секретаря, и так ещё и не вернулся.

Работу, которую я доделала, оставила ему на столе, чтобы когда он вернётся в офис, то принял решение касаемо макетов и моих поправок. Могла бы и дождаться его, но нет никакого желания с ним сегодня говорить."

"Мне больно! И чем чаще я его вижу, тем больше плакать хочу.