Кровь и честь

Джордан помрачнел:

- Хорошо, с точки зрения права здесь все верно, но сумеет ли регент отстоять этот закон? Есть ли у него войска? Окажет ли двор ему достаточную поддержку? Ведь интересы многих придворных связаны с интересами принцев, разве не так?

- Вовсе не обязательно, - отозвался принц Виктор, который выглядел уже очень усталым и измученным, но, несмотря на это, голос его звучал твердо, - права аристократии основаны на правах Крови, и, согласно традиции, любой, в ком она есть, может с помощью короны и печати стать королем. Все при дворе понимают, что сейчас предоставляется для кого-то один-единственный шанс в жизни.

Напрасно они так думают, потому что этому не бывать.

- Почему? - спросил Джордан. Виктор посмотрел на него с жалостью:

- Потому что ни я, ни мои братья не потерпят этого, вот почему. Как ты правильно заметил, в конце концов все решит сила оружия. Регенту подчинена замковая стража, но у каждого из нас, принцев, есть свои дружины, которые достаточно боеспособны, чтобы вырвать корону и печать у любого, кто завладеет ими."

"- Насколько я понимаю, вы говорите о войне в собственной стране, - медленно произнес Джордан, - и не только против регента, но и против ваших братьев.

Сколько людей погибнет в этой войне? Не только солдат, но и крестьян, горожан, купцов, ремесленников? Сколькими жизнями мужчин, женщин, детей готовы вы пожертвовать, чтобы стать королем? Сотнями? Тысячами?

- Это не имеет значения, - ответил Виктор, - у меня есть право стать королем, и обязанность всех моих подданных сражаться и, если надо, умереть за меня.

- Я не уверен, что окажется легко собрать войска, ваше высочество, - тихо сказал Гэвэйн, - очень многие вопросы, порожденные смертью короля Малькольма, создали атмосферу всеобщего недоверия.

Никто никому не верит. Дела обстоят таким образом, что ни вы, ни ваши братья не могут надеяться на сколь либо серьезную поддержку, и ситуация только ухудшается.

- Кто может обвинять меня? - произнес Виктор. - Я все еще находился в изгнании, когда старик умер.

- Да, государь, это так, - ответил Гэвэйн, - но ведь вы могли и подослать кого-нибудь.

Возникла неловкая пауза.

- Послушайте, - сказал Джордан, - мне кажется, что мы слишком много беспокоимся о том, что еще не случилось и что вполне еще может и не случиться.

Если сосредоточиваться на каждой мелочи, которая может произойти, то мы никогда не сможем осуществить наш план. Давайте держаться главного. Например, никто ничего не говорит о том, как я играю свою роль, достаточно ли убедительно выгляжу в образе его высочества? Может быть, нужно поработать над голосом?

- Актера всегда волнуют только зрители, - сказала Хетер.

- Очень хорошо, - ответил Гэвэйн и слегка улыбнулся, - точно вы настоящий принц Виктор.