Кровь и честь

Рыцарь не обращал на них внимания и только расшвыривал тех, которые попадались на его пути. Джордан выхватил меч и, кривя губы от отвращения, поспешил вслед за Гэвэйном. Актер всегда недолюбливал жуков. Он старался обходить места их наибольшего скопления, но тварей было слишком много. Коротышка Джорди и собака шли сзади. Джордан этого не видел, но насекомые старались обтекать маленького призрака и собаку.

Гэвэйн размахнулся и ударил секирой по стволу преградившего им дорогу дерева. Кора окрасилась кровью, а ветки злобно задёргались. Соседние деревья попытались схватить рыцаря своими острыми, жадными, превратившимися в пальцы ветвями. Тот встретил их лезвием своего оружия. Он и его брат Вивиан обороняли Красную башню против целой армии, в этом мире не осталось, наверное, уже ничего, что могло бы испугать его. Джордан встал рядом с рыцарем и тоже взмахнул своим мечом. Их совместного натиска лес не выдержал. В какой-то момент он исчез, и его место заняло само безумие.

Они достаточно углубились в Западное крыло, чтобы нереальное сбросило маски. Вокруг снова был коридор, только стены его усеивали нечеловеческие лики, которые исчезали, если смотреть на них прямо, но продолжали улыбаться и корчиться, когда взгляд падал на них случайно. В полу зияли бездонные дыры. Потолок поднялся на несколько миль вверх, и очертания его терялись вдали. В этом коридоре чудища из ночного лихорадочного бреда скопом набросились на Дамона Корда, стараясь свалить великана с ног. Одежда на нем была совсем изорвана и пропитана его и чужой кровью. Он крушил всех подряд своей громадной палицей, но врагов становилось все больше, и в конце концов они взяли верх.

Мессир Гэвэйн издал боевой клич и ринулся в гущу чудовищ. Его секира, блистая ярким светом всякий раз, когда он обрушивал ее вниз, находила себе новую добычу. Мерзкие твари содрогались в конвульсиях и исчезали под ударами рыцаря. Нечто с кривыми, но острыми зубами напало на Гэвэйна, и он разрубил чудовищу грудь, глубоко погрузив в нее свое оружие. Воин отступил на шаг под тяжестью твари, но в ту же секунду она исчезла, и воздух, свистя, заполнил ее место. Гэвэйн по-волчьи оскалился. Волшебная секира и на сей раз не подвела его. Рыцарь крепче сжал рукоять и замахнулся снова, руны на стальном топорище запылали ярким серебристым огнем.

Джордан старался прикрывать спину Гэвэйна. Все, что удалось ему сделать, это очистить небольшое пространство от наседавших потусторонних тварей. Дамон Корд выбрался из толпы чудовищ и встал плечом к плечу с Джорданом, сжимая в руках свою палицу. Кровь лилась из длинной раны на его голове, превращая лицо помощника Хранительницы в отвратительную багровую маску.