Кровь и честь

Джордан начал думать о том, что было, на его взгляд, наиболее важным. Катриона Таггерт отдала ему, актеру, чья игра убедила ее в том, что Виктор наиболее достойный соискатель короны, завещание покойного короля. Но разве достоин настоящий принц Виктор такого доверия? И что делать ему, Джордану, если нет?

Принц оторвал свой взгляд от огня и внимательно посмотрел на Джордана.

- Странно смотреть на человека, который выглядит, как ты, как твоя копия, - сказал он задумчиво - В Редгарте есть легенда, согласно которой доппльгангеры, не природные двойники людей, являются им как предвестники неминуемой кончины. Ты для меня плохое предзнаменование, актер?

- Надеюсь, что нет, ваше высочество, - осторожно произнес Джордан, - ведь я нахожусь здесь, чтобы помочь вам завладеть престолом.

Виктор едва заметно улыбнулся.

- Да, я стану королем, раньше я никогда не думал, что так случится. Луи был старшим и к тому же любимцем отца, поэтому я даже и не сомневался, что корона достанется ему. Не потому, что он заслуживает этого. Он не мог пропустить ни одной юбки, с тех пор как у него начал ломаться голос. Если Луи не удавалось запугать свою жертву, то он просто насиловал ее. Можно ведь было рассчитывать на то, что в нем окажется больше гордости? Я всегда терпеть не мог Луи, как и почти все остальные, но папа и слышать ничего не желал… Старый дурак. Все, что ему ни говорили про Доминика, он пропускал мимо ушей. Даже Луи и тот терпеть не мог нашего младшего братца. Он, наверное, даже родился сумасшедшим. Когда мы еще были детьми, Доминик взял щенка из замковой псарни и разрезал его, чтобы посмотреть, что у него внутри. Никого не удивило, что Доминик стал колдуном. Мне будет приятно отдать приказ о его казни.

Джордан испуганно посмотрел на Виктора, и тот расплылся в улыбке.

- О, да, актер, Доминик умрет. Мне надо было действовать осмотрительнее и тщательнее подготовиться, чтобы убить его, когда он увел у меня Элизабет. С этого все и началось… - голос принца, мысли которого витали в прошлом, зазвучал как-то глухо, - Я любил ее, актер. Так, как ее, я не любил никого в жизни… Я слонялся целыми днями с дурацкой улыбкой на лице, я был счастлив, что она любила меня. Я не поверил, когда мне донесли про нее и Доминика, даже пригрозил вызвать на поединок одного человека, чтобы не распространял грязные слухи. Я был так молод… Но в конце концов пришлось поверить. Я потребовал от Элизабет правды, а она рассмеялась мне в лицо. Мне следовало все обдумать, выждать и прикончить их обоих.

Я познал цену терпению, когда мне пришлось гнить в изгнании в компании этого нелепого реликтового ископаемого - Гэвэйна, который не знает ничего, кроме долга, чести и выполнения приказов.