Кровь за кровь

Конечно, я знаю его всего лишь несколько дней, но он мой брат.

— Откуда в тебе столько благородства и смелости, Лия? Твоя мать не такая.

— Ты не прав, папа, я трусиха. Я пойду к себе, не хочу есть. Сообщи мне, если будут новости, пожалуйста.

— Хорошо, — Марэк поцеловал дочь в макушку и отстранился."

"Линой твердым шагом зашел в дом. Оказалось, все домочадцы, кроме дочери, сидят в холле, дожидаясь его.

— Что сказали Юнэли? Ты уже съездил в полицию? — затараторила жена.

Линой поднял руку вверх, останавливая поток ее речей.

— Ты узнаешь обо всем позже. Где Зарият?

— У себя в комнате, папа. Я разрешил матери накормить ее, — ответил Оянг.

— Хорошо, сынок, не стоит ее еще и голодом морить. Сейчас идемте в мой кабинет.

Все поднялись, но Линой сказал строго:

— Только Оянг и Элан. Мы примем решение, а вы о нем узнаете позже.

Линой сел в свое кресло за столом. Братья расположились в креслах напротив. Мужчина положил руки и на стол и взглянул на сыновей.

— У меня есть новости. Не знаю, насколько они хорошие. Оказалось, у Марэка есть дочь от другой женщины. Он пару дней назад привез ее на остров. Девушке восемнадцать лет. Она наполовину русская. Мне предложили провести обряд «кровь за кровь», чтобы спасти наших детей от тяжелой участи. Вы знаете, что потеря девственности Зарият должна компенсироваться. Тут три варианта: клеймо шлюхи, признание его насильником и, если есть возможность, то обмен нашей Зарият на девственницу из их семьи. В первых двух случаях нам придется позориться и идти в суд. В третьем тебе, Элан, придется взять в жены дочь Марэка. Я понимаю, сынок, ты можешь отказаться от этого, но прошу, подумай хорошо. Девушку зовут Лия. Она не может войти в нашу семью второй женой, так как Зарият будет у Саяра первая. Вот ее фото, посмотри, — Линой протянул сыну телефон.

— Я все проверил. Документы в порядке. Медосмотр тоже. Справка есть об отцовстве. Она вписана в документы Марэка, так что считается нашей веры. Гинеколог подтвердил ее девственность. Что скажешь, сынок?

Элан рассматривал фотографию симпатичной блондинки. Она была маленького роста, худенькая, с небольшой грудью. Если бы Элан не знал, что ей уже восемнадцать, то подумал бы, что девушка еще не перешагнула тот порог, когда можно выходить замуж.

— Где ее воспитывали? — спросил он.

— Марэк говорит, что она училась в закрытом интернате для девочек в Англии. Лия не говорит на айхо, но в совершенстве знает английский язык.

— Ты в курсе, отец, все эти закрытые европейские школы не спасают от той информации, которая запрещена у нас. Мужчина должен сам все рассказать жене. Подстроить ее под себя. Она должна делать так, как ему нравится, и не думать, что это стыдно или неправильно. В нашем мире все, что говорит муж, воспринимают как должное.