Кровавые Земли

 – То же самое… не просто близко к твоему уровню, а точно так же.

Ни один мускул не дрогнул на моем лице, ни одна эмоция не проскользнула.

– А знаешь, что еще мы нашли?

Молчание.

– Ни один из вас не относится ни к людям, ни к фейри.

Чертчертчертчерт.

– Мне больше не нужен нектар для создания моей армии. Он прямо здесь. – Он кивнул на нас. – Вы с Уориком – отправная точка. Вы станете прародителями новой расы.

Я открыла было рот, чтобы опровергнуть его утверждение, как вдруг Уорик привлек мое внимание. Его ноги подкосились, и он, оступившись, навалился на охранников.

Моргнув, я внимательно осмотрела его: вялый, глаза остекленели, а ноги подкашиваются. Я вдруг осознала, что за все это время он не произнес ни слова и даже не попытался бороться с охранниками.

– Чем ты, черт возьми, его накачал? – Тревога клокотала у меня в горле.

– Ну же, Брексли. Я ведь хорошо тебя обучил. Неужели ты думаешь, что я не усыпил бы человека, известного как Легенда? Кого называют Волком? – Иштван подошел ближе к Уорику, рассматривая зверя, похожего на мужчину. В его глазах разгоралась жадность, возбуждение от того, что ему мог дать Уорика. Что он может создать.

– Пожалуйста… – Я вырывалась из рук охранников, приблизившись к нему лишь на несколько шагов. – Не трогай его.

Иштван резко обернулся ко мне, и на его лице появилось понимание.

– Ты любишь его."

"Я резко втянула в себя воздух, услышав это заявление. Я не ответила. Иштван не имел права лезть в мою душу. Знать о моих чувствах и мыслях. И хотя я пыталась держать эмоции под контролем, знала, что на моем лице все написано.

Любовь. Такое короткое слово. Шесть букв не могли вместить все то, что я чувствовала к Уорику. То, что было между нами. Время и пространство не могли удержать нас. Мы были связаны друг с другом.

Мы истекали кровью в постели. Любили в битве.

Мы бросили вызов природе и ускользнули от смерти.

Любовь была ничтожна по сравнению с тем, что я чувствовала, чем готова была пожертвовать ради него.

– Используй меня вместо него. – Слова сорвались с моих губ. – Возьми мою кровь. Испытай на Кейдене или на ком-то другом. Только не впутывай его в это.

Мысль о том, что Иштван выкачает его сущность, заберет все, чем Уорик является, – ту частицу меня внутри него, ту связь, которую мы разделяли друг с другом. Это худшее, что могло случиться. Я бы предпочла, чтобы с меня содрали заживо кожу, чем ощущать, как Уорика разрывают на куски, как связь между нами рвется навсегда.

– Я заберу все – у вас обоих, – сказал он насмешливо и жестоко.

Его слова ударили меня в грудь, и мне стало тяжело дышать. Он лишит Уорика его сущности и крови. Гнев обжег мои вены, скрепляя и собирая мои разбитые осколки.

– Не. Смей. Трогать. Его.