Круг второй

Но все будет как вы хотели. Ярко

красный цвет и высший модельный ряд.

Джули сглотнула комок.

- Спасибо вам, мистер Бэггинс.

«Акула» улыбнулась.

- А я при чем? Ты сегодня ночью, хорошенько поблагодари малыша Стива.

Джули кинуло в краску но она все таки пропищала.

- Так и будет мистер Бэггинс. Не волнуйтесь. Стив в надежных руках.

- Рубашки умеешь гладить?

- Ээ? Конечно! Я же в церковной школе…

Возмутилась Джули.

- Верю. Ты во что. Свози Стива в парикмахерскую, отмой в душе и почаще меня

рубашки с трусами. Про носки не забывай, иногда их надо менять два раза в

день.

Теперь уже я сижу красный как рак. И чего ему присралось учить Джули как

быть хозяюшкой? В общем, минуты через три, мы свалили. Угум. В

парикмахерскую. И еще раз. Угум. Оба красные как помидорки. И поехали мы в

парикмахерскую. За эту мысль, Джули вцепилась как бультерьер в горло"

"соседского кобеля.

Потом заехали в доходный дом, я помог Джули вытащить чемоданы и

наконец мы поехали домой, на ранчо. Заправился я совсем дешево. Писал уже, 27 центов за галлон. Бак Доджика сто семнадцать литров и взяли с меня шесть

долларов, потому как в баке еще было немного бензина. Вышли на дорогу за

номером 90. Едем.

Километров через пятнадцать неспешной езды и непрерывной болтовни

Джули, мои полужопицы зачесались. На удалении в метров семьсот на хвосте

завис пикап. Грузопассажирский Форд, F серии, выпуска года так пятидесятого.

ФОТО.

И не обгоняют и пока что не догоняют. Так то понятно. Я сильно потратился и

звон о больших деньгах в руках мальчишки уже громыхнул жестяным тазиком

по кафелю. Я напомню. Идет 1959 год. А в 1957 году, в США прокатился

очередной кризис и десять миллионов американцев вылетели на улицу потеряв

работу. Кризис перепроизводства из которого выползут не ранее 1962 года.

Особенно это коснулось сельскохозяйственных провинций. А мы как раз и есть, она самая - житница. Крутых но тупых ковбоев, в Монтане, как говна за баней.

И все при оружии. Поголовно все. А вот работы просто нет. Ну как факт. В

поселке Хардин, находящемся от меня в трех километрах, был сахарный завод.

Разорился и двести человек остались без работы. А население поселка какое?

Тысяча триста человек. То есть? Половина трудоспособного населения осталась

без денег. Ожидаю - банального, дорожного гоп-стопа с убийством лишних

свидетелей. Джули и меня, эти дебилы уже приговорили. На электрический

стул никому не охота. В Монтане не церемонятся. Даже за более мелкие

преступления казнят без разговоров и ой как сильно ненавидят адвокатов. Пока

ненавидят. Лет через двадцать начнут целоваться в засос.

Плохо быть тупым. Смертельно опасно быть тупым. Я точно знаю что

попадал и в более худшие переделки и засады а вот тактические схемы боев я

не помню.