Круиз с миллиардером

– Неудивительно, здесь очень красиво, – я тоже смотрела перед собой и никак не могла налюбоваться, всё впитывала в себя белые уступы скал, лазурные воды моря и силуэты освещённых солнцем зданий. – Если бы я была художником, наверное, никогда бы не устала рисовать эти уступы меж водой и небом.

– Ты рисуешь? – взгляд Джона стал пристальнее, или мне показалось?

– Что вы, нет, – усмехнулась я. – Я могу разве что дерево изобразить. Ну или чайку. Вообще, с птицами проще всего: рисуешь галочку, – я показала само движение пальцем, – и готово.

Джон расхохотался. И на душе у меня потеплело от его смеха.

– Могу сказать точно, в душе – ты стопроцентный художник.

Я улыбнулась ему в ответ. Взгляд Джона гипнотизировал, притягивал к себе, лишал меня воли. Кажется, меня даже повело в его сторону. Словно рядом с ним была какая-то магнитная аномалия.

Но он отвёл взгляд и приподнял серебристую крышку со стоявшего передо мной широкого блюда.

– Омлет с овощами, – представил шеф-повар мне свой шедевр.

– Очень приятно, Омлет, меня зовут София, и я тебя сейчас съем, – вооружилась ножом и вилкой, подтверждая своё намерение."

"Джон странно взглянул на меня. Удивлённо. Как будто его поразила моя детская выходка. Вот дура! Нужно было не играться, а поблагодарить его. Это ж миллиардер, и он старался для тебя. А ещё ухаживал за тобой ночью. А ты, невоспитанная, неблагодарная… овца.

– Спасибо, мистер Кэлтон, омлет просто потрясающий, – сказала я, прожевав кусочек. А вот дальше было сложнее, слова и подбирались-то с трудом, а уж выходили из меня вовсе с серьёзным нажимом. – И вообще, спасибо… за всё… Вы вовсе не обязаны были ухаживать за мной… Это я… А вы…

– Зови меня Джон. – он разлил по стаканам жёлтый сок из прозрачного кувшина. И я тут же сделала несколько жадных глотков. Апельсиновый. Супер. Всё-таки нелёгкая это работа – благодарить того, кто много для тебя сделал, хотя вовсе и не обязан был этого делать.

– Что? – я так увлеклась подбором правильных слов и философствованием по поводу благодарности, что совсем не слушала, о чём он там говорит. Просто пропустила, как белый шум. – Простите.

Смутилась окончательно. Подавилась омлетом и закашлялась. Вот ведь невезенье! Сквозь выступившие слёзы я попыталась разглядеть стакан с соком, но тут он самостоятельно ткнулся мне в ладонь.

– Спасибо, – пробормотала, откашлявшись. И что это миллиардер такой обходительный? Услужливый, вежливый. Прямо какой-то идеальный.

Разве не должен он кричать на меня, капризничать, требовать луну с неба, или что там у этих американцев принято?

– Я хочу, чтобы ты называла меня Джон, – повторил он, – попробуй, это несложно.

И смотрел при этом на меня. Прямо мне в глаза. Я и хотела бы опустить взгляд, но он не позволял.