Тьма после рассвета

С чего такие почести?

— Пальто в клетку, синяя шапочка, серая юбка. Чьи это вещи, Квасков? Только не надо рассказывать, что вы их взяли вместе с деньгами, которые везли на завод. Так откуда они?

Квасков пожал плечами.

— Девчонка какая-то приблудилась, сказала, что потерялась, попросилась переночевать. А потом ушла куда-то. Мы с Хвощем проснулись, а ее нет.

— Красиво. Давай еще раз попробуем. Что за девочка? Как ее имя? Фамилия? Как выглядела?

Задержанный усмехнулся, на его лице проглядывало даже нечто вроде одобрения.

— Обычная девчонка, лет четырнадцать-пятнадцать, если на глазок, а так-то мы не спрашивали, нам ни к чему было.

Фигуристая. Коса толстая, длинная. Сказала, что поссорилась с подружкой. Сама-то она вроде как из Москвы, а подружка у нее здешняя. Вот, значит, в гости приехала, чего-то они там не поделили, рассорились. Ну, девчонка и пошла, куда глаза глядят. Поселка не знает, в первый раз здесь оказалась, вот и забрела невесть куда.

— И что, прямо к вам сарай заявилась? Или сначала к хозяйке в дом постучала?

По лицу Кваскова промелькнула какая-то тень, и Виктор подумал, что эту деталь, вероятно, обдумать не успели.

Не ждали такого простого вопроса.

— Вторая попытка провалилась, — констатировал он. — Давай по третьему разу начнем. Так откуда девочка взялась? И где она сейчас? Куда делась?"

"— Гражданин начальник, я ж ясно сказал: ушла, пока мы спали. Наверное, решила к подружке своей вернуться и помириться. Или домой уехала.

— Без пальто? Без юбки? В одной кофточке и колготках?

— А это уж вы сами у нее спросите. Она мне не докладывала.

Квасков картинно развел руками и скорчил обиженную мину.

— Ладно, поверю для начала.

Сколько времени она у вас пробыла? Когда появилась? Когда ушла?

— Так в среду поздно вечером и появилась. А ночью ушла, как я и сказал. Может, у нее с головой не все в порядке, а, гражданин начальник? И правда ведь, без пальто ушла в такой-то холод. Чего вы к вещам-то прицепились? Деньги мои у бабки нашли, утром за мной из Тулы приедут, у них все на мази, законвертуют меня по всем правилам. Что мое — то мое, а чужого мне не надо.

— Твои, значит, деньги? — переспросил Гордеев. — А доля Хвощева где?

— Он на ней спал, на доле своей, — снова усмехнулся Квасков.

 — Расстаться не мог. Сложил в рюкзак и любовался, а то и оглаживал, как бабу. Рюмку нальет и с рюкзаком чокается. Придурок.

— Что ж ты такого придурка с собой на дело взял, Квасков? Ты же опытный, умелый, в людях должен разбираться. Неужели никого получше не нашлось?

— Который получше, тот с дурна ума накануне в драку ввязался и по кумполу получил так, что на больничке оказался. А у нас дело поставлено было, пришлось брать кого попало, — с досадой произнес Квасков.

Кого попало.