Тьма после рассвета

Собственно товарный обмен осуществляется обычно в других местах: общественных туалетах, ежели таковые имеются поблизости, в подъездах или подворотнях. Вероятно, подворотню на Большой Грузинской облюбовали спекулянты, у которых Катерина периодически что-то приобретает. И сейчас женщина боится, что ее заставят сдать своих постоянных поставщиков, которых собираются привлекать за спекуляцию.

— Екатерина, мы не ловим спекулянтов, мы ищем пропавших детей, — негромко заговорил Николай. — У нас есть свидетели, которые видели, как эти дети разговаривали с двумя взрослыми мужчинами в той подворотне. И там стояла какая-то машина. Постарайтесь припомнить. Пожалуйста.

— Детей не видела, — быстро, даже слишком быстро ответила женщина и вытащила из пачки еще одну сигарету.

— А машину? — настойчиво спросил Разин. — Машину видели?

Катерина помолчала, видимо, прикидывая, рассказывать или нет и если рассказывать, то что именно. Потом нехотя заговорила.

— Была машина. Я знаю, что в той подворотне иногда продают… Я у них не покупала никогда, мне это не надо, но видела, что продают. То колготки импортные, то косметику, то компакт-кассеты."

"«Ну конечно, ты не покупала, — подумал Коля. — Зачем тебе колготки и косметика? Ты и с голыми ногами, и без макияжа отлично выглядишь. И вообще ты приличная советская женщина и со спекулянтами дела не имеешь, да и денег лишних у тебя нет, чтобы им переплачивать за товар. Ты же работаешь за зарплату, чаевые у клиентов не берешь, дефицитные лаки им не перепродаешь. Рассказывай спокойно, дорогая, тебе ничего не угро-жает».

— Если я мимо прохожу, — продолжала Катерина, — то иногда заглядываю туда, просто из любопытства.

— Я понимаю, — кивнул Разин. — И в среду вы тоже заглянули?

— Да. Было уже темно, но все равно видно. Машина стояла. И два мужика рядом, разговаривали о чем-то.

— А дети? Мальчик и девочка, на вид около тринадцати лет.

— Нет, — твердо проговорила Катерина. — Детей точно не было.

Ну да, их и не могло быть, дети шли мимо этого места одновременно с семьей юной спортсменки Юли, и было это совершенно точно позже, чем там проходила Катерина. Пусть всего минут на пять-десять, но позже. Приблизительно без пяти-без трех минут восемь мастер по маникюру уже почти дошла до своего дома и хвасталась удачными покупками перед Валентиной Семеновной, значит, «Электротовары» она прошла несколькими минутами раньше. А Юля видела пропавших подростков в начале девятого.

— Машину можете описать? Марка, модель, цвет?

— «Москвич» вроде… — неуверенно произнесла Катерина. — Да нет, не вроде. Точно «Москвич».

— Четыреста двенадцатый? Или старая модель?

— Ну, такая, на какой все ездят. Красненькая.

— Ясно. Значит, красный «Москвич» «четыреста двенадцать».