Крушение иллюзий

Протопав очередные пятнадцать… черт, восемнадцать шагов, преследуемый пулями, громким грохотом «калашниковых», Мэникс завалился за валун, за которым можно было укрыться, стоя на коленях. Духи, несмотря на потери, преследовали их, в прибор отчетливо были видны вспышки.

Винтовка плюхнулась цевьем на валун.

— Пошел!!! — изо всей силы заорал Мэникс.

Вспышка — и он послал пару пуль в ту сторону, он не видел духа, но полагал, что попал, — огонь прекратился. Духи тоже не очень-то горели желанием найти в этих горах свою шахаду и встретиться с Аллахом — те укрытия, которые покидали они, уходя на юг по ущелью, становились укрытиями уже для духов.

Мимо тяжело протопал Диль, пулеметчик, — остается надеяться на то, что в его пулемете еще что-то оставалось. Без пулемета хреново…

На всякий случай он выпустил еще два патрона вдоль ущелья, чтобы тормознуть идущих за ними духов.

— Пошел! — заорал, устроившись на позиции, Диль, и тут же: — Слева!!!

Третий стрелок из арьергарда Лэссвел вскочил, чтобы бежать, если вскочил — надо бежать, укрываться уже поздно. Мэникс глянул на склон слева — и похолодел, на огневую позицию вышел гранатометчик.

Он прицелился и…

Ничего. Винтовка молчала.

Магазин!!!

Меня или Лэссвела?! Меня или Лэссвела?!!

Лэссвела.

Гранатометчик среагировал на движение — и выстрелил. Граната черной стрелой, оставляя за собой прямой, раздвоенный след серого дыма, метнулась к тропе, лопнула вспышкой прямо под ногами Лэссвела — как раз в тот момент, когда Мэникс вбил в винтовку магазин и сделал три выстрела один за другим. Гранатометчик, держащий на плече разряженную трубу гранатомета, исчез из поля зрения, сбитый с ног пулями.

Аллах акбар!

— Диль! Диль, прикрывай! Черт!

— Пол-ленты!!! — заорал в ответ пулеметчик.

— Вытаскивай его! Я прикрою."

"— Аллах акбар!!! — взвыли истошно в темноте.

— Щас тебе будет акбар!!! Щас тебе будет Аллах!

Не меняя позиции, Мэникс высадил почти все, что было в магазине винтовки, сбив с ног как минимум троих и изрядно лишив наступательного порыва остальных. Мимо протопал Диль, на гребне появился новый гранатометчик, Мэникс сбил и его.

— Отходим! — Диль сгибался под тяжестью тяжелораненого лейтенанта, командира их патруля, пулемет, теперь почти что бесполезный, болтался на ремне на груди.

— Уходи! Я прикрою отход!

— Что?!

— Пошел, твою мать!!!

Пулеметчик, не решившись спорить, побежал по тропе.

Мэникс сменил магазин. Из темноты донесся вой, страшный, похожий на волчий, — местные муртазаки так выли перед тем, как напасть на караван купцов, идущий из порта Аден, чтобы морально подавить обороняющихся.

После чего муртазаки бросились в атаку.