Крылья

Она молча разглядывала меня секунд этак пять, а потом выдала:

– Хочешь, научу?

Я не смог сдержать улыбку.

– Катрина, – добавила она и протянула мне тонкую, невесомую ладонь с перебинтованным запястьем.

Я порылся в памяти в поисках подходящего имени. Уайдбек еще не сделал мне поддельных документов, так что можно сказать все что угодно. На мгновение я снова вижу японку в кимоно, подливающую мне саке. «Эйджи…» – обращается она ко мне.

– Эйджи, – говорю я Катрине и протягиваю ей руку.

Она не была десультором. Клиники Уайдбека были открыты и для простых людей, особенно для тех, кто мог позволить себе палату люкс за тысячу евро в сутки.

Она была одной из пациенток, но я понятия не имел, кто она и откуда.

– Что лечим, Эйджи? – поинтересовалась она, садясь рядом.

– Шею.

Я здорово треснулся об воду, когда упал с моста. Боль в шее с тех пор не давала мне покоя.

– А ты?

Она помедлила с ответом.

– Зависимость.

Я вскинул брови. Зависимость в столь юном возрасте? Ей было лет шестнадцать-семнадцать на вид. Лицо – свежее и юное, без следов какой бы то ни было зависимости.

– Были небольшие проблемы… с алкоголем.

– Придумай что-нибудь поубедительней, – смеюсь я.

Она поворачивает ко мне свое прелестное лицо:

– Зависимость, клянусь. Они тут пичкают меня какими-то колесами, аминокислотами и витаминами и заставляют есть лошадиными порциями… Но видел бы ты меня пару недель назад!

– Ты не похожа на человека с зависимостью.

– Ну спасибо, Эйджи, ты так мил.

– Не за что.

Я мог бы сделать всего один звонок и получить исчерпывающую информацию об истории болезни Катрины. Но я не собирался этого делать.

Я считал, что у любого человека есть право на тайну.

Катрина вскакивает на ноги и быстро уходит, минут через пять возвращается с дымящейся сигаретой в руке:

– В гостиной круглосуточно горит огонь в камине, а я совсем забыла, балда! Могла бы уже десять раз подкурить эту чертову сигарету!

Она усаживается рядом на траву.

– Ну что, будем учиться? Затягивайся и держи дым в себе.

Катрина протягивает мне свою сигарету, я беру ее и медленно делаю затяжку."

"– Ты соврал мне! – возмущается она. – У тебя слишком хорошо получается для первого раза.

Ну вот, а я так хотела побыть учительницей.

Мое тело реагирует на никотин с тихим восторгом. Эйджи определенно был курильщиком…

– Не расстраивайся, может быть, ты сможешь поучить меня еще чему-нибудь, – говорю я и смотрю на нее в упор. Никотин сладко туманит голову: мне хочется подразнить ее – такую юную и самоуверенную.

Катрина выдерживает мой взгляд. Потом опускает глаза, улыбаясь каким-то своим мыслям. Мы сидим под деревом в саду клиники Уайдбека и курим одну сигарету на двоих.