Крылья

Низкий болевой порог? Солидарность с панк-культурой?

Ники протягивает мне тонкую ладонь в черной перчатке: легкая, холодная, немая ладонь. Я знаю, что под тканью перчатки – биопротез, идеально имитирующий форму кисти. И такой же протез – вместо кисти другой руки. Никтея заполучила тело, у которого не было кистей обеих рук, но, судя по всему, эти неудобства не пугали ее: она использовала это тело уже почти три года и выглядела вполне довольной.

– Мне нужно поговорить с Диомедеей. Оставишь нас?

– До вечера, – подмигиваю я сестре. – Ваше желание для меня закон, госпожа.

– О, небо, Крис, прекрати этот официоз, – фыркает та и закрывает дверь, послав мне ослепительную улыбку.

Я понятия не имел, что, наспех распрощавшись с сестрой, в следующий раз увижу ее только через два месяца.

* * *"

"Больше никаких цветов, я усвоил намек. Теперь будет плюшевый зайчик с глазами-бусинками, который никогда не умрет. Я вошел в палату к Дио и онемел: выглаженная, заправленная кровать и никаких признаков того, что пациент все еще обитает здесь. Я направился прямиком в приемную, где чуть не наорал на молоденькую медсестру в голубой форме.

– Где пациентка из сорок второй палаты?!

– Синьора Фальконе распорядилась о перемещении пациентки в другую реабилитационную клинику. Три часа назад ее увезли…

– Куда?

– Нам не сообщили.

Сестру вот так вот наспех отправили черт знает куда, не сказав мне ни слова? Я вытащил телефон и позвонил Никтее.

– Знаю-знаю, ты в бешенстве, – сказала Никтея вместо «здравствуйте». – Я этажом ниже в кафе, спускайся и постарайся не орать на меня при всем честном народе.

Я спустился в ресторан клиники, быстро выцепил взглядом блондинистый затылок Никтеи и в две секунды добрался до ее столика.

– Где она?

– В Дании, – ответила Никтея, вылавливая из тарелки с салатом оливку и отправляя ее в рот..

– В Дании нет реабилитационных центров Уайдбека, – прищурился я.

– Есть. Небольшая клиника на тридцать человек. Совсем маленькая.

– Учитывая ее состояние, ей требуется куда более серьезное заведение.

– Не требуется, поверь мне. Свежий воздух, вид из окна на пристань и датские булочки на завтрак.

Я прищурился. Она что, не в своем уме?

– Хочу съездить к ней и убедиться, что все в порядке.

– Нет, – Никтея забросила в рот еще одну оливку и упрямо посмотрела на меня. – Это лишнее.

– Лишнее? – переспросил я. – Близкий человек рядом – это лишнее?

– Ага, – твердо ответила Ники, откладывая вилку. – В данной ситуации это абсолютно излишне.

– Родители знают?

– Конечно.

– Тогда я сейчас поеду домой и устрою допрос с пристрастием.

Никтея перестала жевать и наконец сосредоточила на мне свой взгляд – зеленый, как зелье колдуньи.

– Крис, я знаю, что с ней.