Крылья за моей спиной

А Аверин переводил бешеный взгляд с неё на Серёжку и обратно. Его пальцы сжались вокруг Настиного запястья, но она далеко не сразу почувствовала боль.

— Что?

— Она родилась в апреле, — жёстко проговорил Саша. Глаза сузились, нижняя губа после удара начала распухать, и на него сейчас страшно было смотреть. — Она сама мне сказала. Я посчитал.

— Да что ты посчитал?! — Настя оттолкнула его руку, покрутила запястьем. А потом с опаской глянула на Маркелова, который стоял, как изваяние, и словно чего-то ждал. Его взгляд испугал Настю, как ничто другое ещё в этой жизни её не пугало. Такой холод внутри появился, что даже сердце, кажется, начало биться медленнее. И само вырвалось, почти шёпот: — Серёжа.

Он даже не посмотрел на неё, повернулся и ушёл. Настя смотрела ему вслед, беспомощно уставилась на захлопнувшуюся подъездную дверь, и понимала, что сейчас упадёт. Колени от тяжести подогнутся, и она свалится Аверину под ноги.

— Настя.

Она очнулась, повернулась и посмотрела на Сашку. Взгляд наверняка был безумный, потому что на его лице мелькнуло смятение.

— Я знать хочу.

— С чего ты взял эту глупость? Она Серёжина дочь. Серёжина.

— Я посчитал, — упрямо проговорил он, и дышал, как паровоз, не в силах сдержать эмоций.

— Что ты считал? Дни ты считал? — От злости Настя позабыла об осторожности и двинулась на него. — Вика Серёжина дочь. — Встретилась с Авериным взглядом и решила сознаться: — Я поэтому и уехала, потому что я была беременна от него. От него, понимаешь? И он не бросил меня, не послал куда подальше, когда я позвонила. Он за мной приехал.

Сашка не верил ей. Щурился и усмехался. Настя покачала головой.

— Она не твоя дочь, Саш. Я даже представить не могла, что тебе это в голову придёт. Разница в две недели, если тебе так интересно. У меня даже сомнений никогда не было, от кого у меня ребёнок, и у Серёжки не было. Потому что она Маркелова. Она внешне похожа на меня, а по характеру она — вылитый отец. Она Маркелова. А тебе спасибо большое за то, что ты испортил мне жизнь. — Перевела дыхание. — Иди домой.

А вот самой домой идти было страшно. Помедлила перед дверью, гадая, что сейчас услышит от мужа. Просто сердце замирало, от страха.

Серёжка стоял на тёмной кухне, у окна, руки в карманах джинсов, голова чуть откинута назад, и Настя почему-то подумала, что он стоит с закрытыми глазами. Ещё бы знать, о чём он думает…

— Серёжа, это всё… — Только головой покачала, не зная, как выразить. Вдруг поняла, что расплачется, вот именно в эту минуту. Вдруг обидно стало: что не разобралась, не поняла, не уловила Сашкино настроение, допустила до такого. Допустила до того, что несколько неосторожных слов могут разрушить не только их с Серёжей брак, но и семью. Раз и навсегда.

А Маркелов сказал:

— Я просил тебя уехать со мной.