Крылья за моей спиной

Людмила Геннадьевна сказала, что он отправился с ребятами на автомобильный рынок и до сих пор не вернулся, хотя прошло уже несколько часов. Сказала это, и раскаялась. Начала Настю успокаивать.

— Ты же знаешь их гаражные дела, опять, наверное, ремонтируют Димкин драндулет. Когда уже его на свалку свезут, не знаю.

Настя натянуто улыбнулась, попрощалась и вышла на улицу. Постояла у подъезда, не зная, чем себя занять. Домой не хотелось, родители, наверняка, снова заведут разговор о свадьбе; Ольга на неё до сих пор обижалась из-за того, что Маркелов, якобы, для неё, Насти, тогда пел, словно она виновата в этом была. Обвела пустой двор потерянным взглядом и пошла к беседке, решив, что из гаража ребята сразу туда придут, и там их поймать легче всего. День выдался душным, и посидеть вечерком в приятной прохладе — что может быть лучше? Вот только не рассчитывала с Маркеловым столкнуться. Тот как раз из своего подъезда вышел, её увидел и замер, словно хищник, добычу почуявший. А Настя даже не подумала дать ему понять, что заметила его. Гордо отвернулась и направилась к беседке. Маркелов, конечно же, за ней увязался, на это она почему-то не рассчитывала. В беседке он появился спустя полминуты после неё, но не сел, а на перила облокотился, разглядывая девушку.

— Где все? — поинтересовался он.

Настя безразлично пожала плечами.

— В гараже, наверное.

— Ясно.

— Может, ты к ним пойдёшь? Там наверняка очень интересно, — не удержалась она от язвительности.

— Где? В гараже? С железками, мазутом и бензином? Спасибо, но нет.

Она фыркнула.

— Я и забыла, ты же у нас джентльмен. А джентльменам не пристало возиться с мазутом и бензином.

— Точно. — Сергей легко через старенькие перила перемахнул и присел напротив Насти, не спуская с неё глаз. — Машина — это средство передвижения, а не спасение от скуки. Я и в детстве конструкторы не любил.

Настя сложила руки на груди, защищаясь от его настойчивости.

— А что любил ты?

— Книги. Всегда любил читать. У деда огромная библиотека.

Настя сверлила его взглядом. Потом спросила:

— Когда ты уедешь?

Маркелов рассмеялся.

— Тебе не стыдно? Где твоё гостеприимство?

— Иссякло.

— Интересно, почему. Что я такого сделал?

— Ты сам знаешь.

Он головой покачал.

— Нет, объясни. Что я сделал? Я не виноват в том, что в моём присутствии тебя трясёт.

— Что?! — Она некрасиво вытаращила глаза, а всё из-за жаркой волны, что окатила её изнутри после его слов. — Что ты придумал?

— Насть, — проговорил он и даже голову на бок склонил, вроде бы призывая её не врать, хотя бы самой себе.

Она резко поднялась и руки опустила. Потому что они вдруг сами опустились, выдавая её волнение.

— Маркелов, ты что, глухой или слепой? Разве я тебе не говорила… не просила не приставать ко мне? У меня есть парень, то есть жених.