Крылья за моей спиной

И теперь лишь кинула на подругу (бывшую! Постоянно об этом забывает) заинтересованный взгляд, гадала, что у той на уме, и как она пережила отъезд Маркелова. А Ольга вместо этого поинтересовалась:

— На работу не вернёшься?

— Нет. Я собираюсь на другую устраиваться."

"— Кем? — заинтересовалась Оля.

Настя решила не таиться, повода не видела.

— Секретарём.

— Родители помогли?

— Да, мама. У неё там знакомая работает.

— Повезло.

На это Настя никак не отреагировала. Всё ждала, о чём Ольга ещё её спросит. Почему-то была уверена, что без упоминании имени Сергея не обойдётся. Но вместо этого услышала вопрос об Аверине.

— Вы помирились?

— Нет.

— Как это? Вас же видели… вместе.

Настя едва заметно усмехнулась.

— Тебе хочется, чтобы мы помирились?

Ольга вцепилась в ремень своей сумки.

— Так и будешь со мной всю оставшуюся жизнь сквозь зубы разговаривать?

— Может быть. Я теперь не знаю, чего от тебя ждать.

Ольга надула губы.

— Но он же уехал. Ни тебе, ни мне не достался. Чего ругаться-то?

Солнцева сбилась с шага и остановилась. Ольге пришлось на неё обернуться.

— А он мне был не нужен, Оль. Ты из-за своей идиотской ревности жизнь мне испортила. А теперь пытаешься сделать вид, что всё идёт, как надо? Я подыграть тебе должна? А у меня вот не получается.

— Не нужен? — Она неприятно усмехнулась. — Да, я видела, как он был тебе не нужен. И не только я, все видели. И Сашка тоже. И даже после этого он пытается с тобой помириться. А ты гордую из себя строишь? Ну, строй. Останешься у разбитого корыта.

— Не твоё дело, кого я из себя строю! И ты понятия не имеешь, что я пережила за прошлый месяц. Когда от меня все отвернулись. А всё потому, что ты кому-то что-то наболтала!

Ольга вздёрнула подбородок, выглядела уязвлённой, и соглашаться с Настиными обвинениями не спешила.

— Всё ты врёшь, — сказала она наконец. — Думаешь, никто не замечал, как вы друг на друга смотрели? Все видели. Ты сначала с ним по городу гуляла, улыбалась скромно, а потом говорила, что он тебе не нужен. Тебе не нужен, но и мне не достанься, да?

— Я никогда и ничего не делала тебе во вред. И если Серёжка не обратил на тебя внимания, это не моя вина.

— Он обратил, обратил! Но потом опять ты вмешалась! Ты пришла, вся такая разряженная, красавица, блин, и увела его! Мне назло!

Настя задохнулась сначала от возмущения, потом от обиды. Что ж, пусть маленькая, но справедливость, в Ольгиных словах была. Она ведь, действительно, так поступила, не задумалась тогда о последствиях.

— Я тебе с самого начала говорила, что он бабник. Так чему ты удивляешься?

— Ничему я не удивляюсь, — сказала Ольга, глядя на неё с неприязнью. — Я давно ничему не удивляюсь. Это только ты из себя оскорблённую невинность строишь, а у меня такой привычки нет.