Крылья для ведьмы

Сейчас я услышу нечто в высшей степени печальное.

А может быть, сбежать, пока не поздно? Вот как рвану сейчас прочь! И Фредерик просто не успеет остановить меня.

Фредерик вдруг резко распахнул глаза. Уставился на меня так свирепо, что я и впрямь едва не ринулась прочь, тихонько подвывая от ужаса.

— Понятия не имею, что Дэниель сказал Дэйзи, — хрипло сказал Фредерик. — Могу только предполагать. Конечно, он ее не оскорблял. Это не в его правилах. Скорее всего, поблагодарил за доставленное удовольствие. А потом по своему обыкновению предложил расстаться добрыми друзьями. Наверное, Дэйзи удивилась. Призналась ему в любви. А он, он… Думаю, рассмеялся или пошутил. В общем, показал ей свое истинное отношение…

Фредерик на этот раз все-таки застонал. Его лицо, и так обычно не отличающееся румянцем, побледнело сильнее обыкновенного. На шее появилась черная жила, отчаянно пульсирующая в такт ударам сердца.

— Я как чувствовал, что произошло что-то страшное, — прошептал он, уставившись себе под ноги и уже не пытаясь скрыть горячечного блеска в глазах, полных слез. — Всеми правдами и неправдами улизнул со службы пораньше. По пути купил букет ромашек. Хотел подарить их Дэйзи и заодно пригласить на прогулку. Мы ведь так давно не проводили время вместе. Когда я подходил к дому Дэйзи, то увидел целую толпу. Соседи, ее заплаканная мать, полиция… Сразу понял, что что-то произошло. Что-то страшное и непоправимое. Но до последнего отказывался верить. Надеялся, что это ошибка. Какая-то нелепица. Недоразумение, которое быстро разрешится. — Фредерик прикрыл ладонью красные, воспаленные глаза. Прошептал так тихо, что я скорее прочитала это по губам, нежели услышала: — Дэйзи покончила с собой. Выпила мышьяк, которым ее мать травила вредителей в своем саду.

— О-о-о, — ошарашенно протянула я. — Мне так жаль!

— Да, мне тоже, — согласился Фредерик. — Дэйзи оставила прощальную записку, адресованную мне. Там была всего одна фраза. Столько лет прошло, а помню каждое слово! — Вздохнул и процитировал по памяти: — «Прости, Фредерик, я более недостойна жить».

Я одним глотком осушила остаток вина на дне бокала. Осторожно поставила его на край стола.

Да уж, такого и врагу не пожелаешь. Как-то не ожидала я подобных откровений от Фредерика.

— А Дэниель знает об этом? — робко спросила я.

— Конечно. — Фредерик выдавил из себя бледную усмешку. — Я устроил матери Дэйзи настоящий допрос и достаточно быстро вытряс всю правду о загадочном ухажере ее дочери. Она рыдала, утверждая, что была против. Что пыталась образумить дочь, но та ее не слушала, захваченная водоворотом новых волнительных чувств. Дэниель удачно сыграл на контрасте. Красивый, романтичный, богатый. И я — вечно в работе, хмурый, комплиментов вообще не дождешься.