Крымский роман

А ведь он ждал этого разговора!

За двое суток, что они провели вместе, они выбрались из квартиры только сегодня – на пикник.

Все это время они занимались любовью, в перерывах шепчась, смеясь, нежно прикасаясь друг к другу, потом впадали в краткий сон, просыпались и начинали все сначала…

Они выбирались из постели только затем, чтобы принять душ вдвоем и поесть, как будто наверствывали годы жизни, проведенные порознь!

Миша расспрашивал Дину о ее жизни, жадно впитывая ее слова, ему было необходимо знать про нее все – что она любит, чего боится, чему радуется.

Как она вообще прожила свою жизнь без него.

Он уходил от встречных вопросов, по привычке опасаясь своего прошлого, не зная, как она отреагирует на его прежнюю службу и на то, что он порой и сейчас влезает в дела не всегда безопасные.

Мишка осторожничал, боялся хоть чем-то спугнуть неожиданное счастье, поэтому уклонился от ее вопросов о шрамах на теле, оттягивая момент объяснения, который все-таки настал…

«А, была не была!» – решился он.

– Диночка, мы с Ринком служили в спецназе ФСБ, потом ушли в отставку и занялись бизнесом. Но сейчас иногда, очень редко, честно – редко, выполняем некоторые «просьбы» бывшей конторы.

– Ничего себе, – ошарашенная Дина еле могла говорить. – А эти шрамы – оттуда?..

– Да, но это было давно.

– А здесь вы…

– Да.

– Тогда, ночью, вы по этим делам ездили?

– Да.

– А контракт вообще существует?

– Вполне реальный!

– Как я понимаю, все эти ваши шпионские штуки только начинаются?

– Нет-нет, дня через два-три все уже закончится!

– При вашем непосредственном участии в боевых действиях?

– Да не будет никаких боевых действий, просто повяжем плохих мальчиков, и все!

Дина встала, подошла к окну, размышляя, смотрела, не видя, на поникшую от жары зелень деревьев, залитый солнцем двор, на детвору, играющую в сквере.

Мишка напряженно ждал. Так сильно Дуб волновался во второй раз в жизни. Первый был, когда он делал ей предложение.

Наконец она повернулась и посмотрела на него.

Надумала, понял Михаил, и сердце ухнуло куда-то вниз.

– Миша! Никогда ничего не скрывай от меня, ладно? И не надо рассказывать половину правды или приукрашивать ее, – потребовала Дина."

"– Диночка! – Он притянул ее к себе и усадил на колени. От облегчения и любви у него колотилось сердце.

– Я не стану паниковать или предполагать самое худшее, я просто буду тебя ждать, а ты будешь знать об этом – и тебе это поможет, что бы ни случилось.

– Диночка! Я тебя люблю!

Мишка стал ее целовать, снимая с нее полотенце и приходя в полный восторг от ее мгновенного отклика, от любви и совершенного счастья!

Им удалось не разломать стол, хотя все предпосылки к этому имелись.

Когда они немного пришли в себя и перебрались на «ложе любви», Дина спросила:

– Ната знает?

– Да.