Крысиный бег #3
Игры закончились.Первая влюблённость, романтика, лёгкие приключения, школа — всё это позади. Пора становиться взрослым. (Снова!)Пора выбираться из песочницы.А! Ты не знал, что это песочница? Ну, как говорится, незнание… да всем насрать на твоё незнание!Особенно, когда ты дефективный и неполноценный аристократ. Личинка аристократа. Недоаристократ…
Вот так вот…
Внутри номера «пахло» похотью, желанием, удовольствием, пороком и развратом. Столько эмоций! Элиных эмоций. Я уже научился их чувствовать и даже мог немного сопротивляться им, отгоняя от себя. Наверное, выработался какой-то иммунитет, или я подсознательно научился держать себя в руках и противостоять такой забавной ментальной атаке.
Я вошёл в большую, затенённую плотными задёрнутыми шторами комнату и с отвращением и злостью посмотрел в сторону клубка переплетённых на полу обнажённых тел. Блядство! Ну почему это происходит со мной?!
На огромной ворсистом белоснежном ковре комнаты, три голых мужика жарили Элеонору в три смычка.
Моя мачеха азартно отдавалась мужчинам, стонала и просила ещё. Периодически, она поднимала голову и поглядывала на четвертого, сидевшего в тёмном углу в кресле с бокалом коньяка. Смотрела на него, как преданная собачонка, влюблёнными глазами и ждала одобрения или похвалы.
— О! Майки?! — Наконец обратил на меня внимание мужчина в кресле. — Пришёл забрать свою сучку? А она ведь мне всё про тебя рассказала. Как ты трахал её за моей спиной, что вытворял с ней. — Он покачал головой. — От тебя, сын, я такого не ожидал. Так поступить с родным отцом! Но ты знаешь, я на тебя не в обиде. Вернее не так — я тебя понимаю. Я и сам понял, как она хороша, только когда потерял её. Она ведь совершенство! — Он ткнул бокалом в сторону Элеоноры и цокнул несколько раз языком.
— Как ты её подчинил? — Я оторвал взгляд от копошащихся на полу людей, и внимательно посмотрел на отца Майки.
Дорогой костюм, лакированные ботинки, белоснежная рубашка, модная причёска, свежий вид, закинутая нога на ногу. Немного похудевшее лицо, но в целом, это ему даже на пользу, так он выглядел даже симпатичнее. Ничто не напоминало о том, что он совсем недавно сидел в тёмной сырой камере. Когда, интересно, его успели выпустить?
— Майки, Майки! Почему ты так решил? Может она сама этого захотела? — Алекс самодовольно улыбнулся и сделал большой глоток из бокала.

















