Девочки Талера

Я съездила на кладбище к Борисовне, отвезла ей цветы. Ей и той девушке, которую выдали за меня. Тимур распорядился заменить на памятнике надписи, и сейчас ничего не напоминало о том, что там когда-то было имя Доминики Гордиевской.

Нас навестил Демьян Морозов. Увидев Тимку, хмыкнул и пытливо посмотрел на меня. А я не стала ничего объяснять, пускай думает что хочет.

Мы посидели во дворе, обедать он не захотел, но от чая с пирогом отказываться не стал. Демьян долго мялся, а потом все-таки решился:

— Доминика, а как вы умудрились записать Тимофея Тимуровича семимесячным?

— У Алекса тетя работает в роддоме, — ответила я, — я специально вернулась сюда рожать, чтобы Тимур не знал о сыне. Я хотела попробовать научиться жить без него, а узнай Тим о ребенке, у меня не осталось бы ни единого шанса.

Демьян выразительно пожевал губу и спросил:

— Помогло?

Я вздохнула и покачала головой. От бульдозера под названием Тим Талер спрятаться не вышло, но я знаю, что я пыталась. Демьян любит Тимура, поэтому ему можно сказать.

— Тимур готов был любить моего ребенка просто за то, что он мой. И это сломало ту стену, которую я построила между нами.

Демьян очень серьезно посмотрел на меня и кивнул. Понял значит. Попрощался и ушел, а я снова окунулась в обустройство дома.

Дети помогали, особенно Полька. Раскладывала свои вещи и игрушки — мы в очередной раз перевезли их детскую комнату. А я со сладкой дрожью внутри наводила порядок в нашей с Тимуром спальне.

Когда все было готово, я стала ждать мужа. Знала, что он прилетел из Антарктиды. Продолжала писать в дневник свои мысли, а сама ждала, когда Тимур получит мою посылку.

Но он задержался по делам в Европе, и посылка каталась за ним из города в город, пока не догнала. И Тимур вернулся."

"Когда он вошел в дом, навстречу вышел весь персонал. Тим молча смотрел на улыбающихся от уха до уха охранников, Роберта, садовника, горничных, домоправительницы, потом повернулся ко мне, и я увидела, как блестят его глаза.

— Ты этого хотела, да, Доминика? — спросил он меня, когда со всеми поздоровался, пожал руки и даже обнялся. — Ты хотела дом?

— Да, — я прижала к лицу его жесткие большие ладони, — это то, что я всегда хотела. Наш с тобой дом.

— Он нам обоим был нужен, моя девочка, — Тимур погладил меня по щекам большими пальцами.

— Знаешь, что я поняла, Тим? — сказала я очень тихо. — Дом — это не стены с крышей. Дом — это люди. Когда сюда вернулись люди, эти стены ожили. А главное, мой дом — там, где ты. Ты и дети.

— Я это давно понял, — ответил муж, и его зрачки подозрительно сузились. — Но сейчас меня больше интересует, где в этом доме от людей можно спрятаться.

И затолкал меня в комнату под лестницей.

Я уже час гуляю с детьми на улице.