Купец из будущего (части 1-2)

Целые фабрики работали по производству евнухов. Целое княжество на Кавказе жило этим промыслом. Не всем везло, как Стефану. У неумелого мастера и вовсе выживал один из тридцати, что вызвало в свое время гнев самого Юстиниана Великого, который запретил заниматься этим ремеслом в своих землях. Но он не запретил делать это врачам при лечении многих заболеваний. И он не запретил покупать евнухов для своего дворца, а многие важные должности занимали именно они, и никто больше. И он не запретил евнухам петь в церковных хорах, как и не запретил им становиться монахами и епископами. Так что указ великого императора остался таковым только на бумаге.

Долина Плача была одним из многочисленных римских форумов, которые практичные жители Константинополя превратили в рынки. Да, собственно, они все до одного стали рынками, даже форум Константина, самый величественный из них. Десятки людей были заперты в клетках, уныло глядя на идущих мимо горожан. Домородные рабы, не видевшие воли никогда, сидели с тупым равнодушием, покорно ожидая своей участи. Их интересовало только одно — попасть в услужение к доброму хозяину, в городское жилище. Работать в поле на немилосердном солнце — избавь господи!

Вот сидит ослепительно красивая, но уже немолодая женщина. Она много лет была любимой наложницей господина и родила ему двоих детей. Она была грамотна, умела играть на кифаре и петь, а потому стоила очень дорого. Интриги более молодой соперницы лишили ее милости хозяина, и он хочет продать ее, разлучив с детьми. Товар непростой, штучный, и торговец взял ее на комиссию, не желая вкладывать свои деньги. Баба вроде бы красивая, но для постели старовата. Ей уже лет тридцать, а то и все тридцать пять. Интересно, кто ее купит, и для чего…

Вот сидят бабы из племени склавинов вместе с детьми, которых обняли и прижали к себе. Крепкие бабы, привычные к тяжелому труду, холоду и зною. Для работы на виллах подходят прекрасно, а их дети уже и не будут помышлять о воле, превратившись в покорных землепашцев. На селе рабов уже вовсю освобождали, превращая в обычных колонов. Рабский труд невыгоден, собирать аренду со свободного крестьянина куда проще. А вот, отдельно сидят мужчины их склавинского племени. Сложный, непокорный товар. Они хороши лишь тогда, когда ворочают весло на императорском дромоне, прикованные цепью. Четыре-пять лет, и труп вчерашнего силача летит в воду. Редко, кто из гребцов жил дольше, чем тридцать пять лет. Сердце не выдерживало огромных нагрузок. Еще склавинов любили покупать для рудников и каменоломен. Срок жизни их там был примерно таким же. Пять лет, и все, нужен следующий раб. А потому этот рынок работал многие столетия и будет работать еще столько же. Ибо такова жизнь.