Куплю твою жизнь

Я прошмыгнула в кабинет мужа. Перебрала все документы, что не были спрятаны под замком в столе. Но ничего хоть чуточку значимого не нашла. Ноутбук Юрасов везде возил с собой. Да и не смогла бы я преодолеть защиту паролем.

Разочарованная неудавшимися поисками, я, положив вещи на свои места, вернулась в свою комнату.

И всё бы ничего, но тем же вечером Юрасов, злой, как бешеная собака, ворвался в мою спальню. Я подпрыгнула от страха на месте и тут же поднялась с постели, ощущая, что он каким-то образом узнал, что я залезла в его документы.

Ни слова не говоря, он с размаху ударил меня по лицу.

Наотмашь. Со всей силы. С губ сорвался крик, разлетевшийся по всему дому.

Я не ожидала такого. Не успела увернуться или сгруппироваться. И тут же упала, ударившись коленями о мягкий ворс ковра. Схватилась за щёку. Пекло.

Он не дал мне опомниться, поднял за волосы, и я лишь удивилась, откуда в его теле столько силы. Схватилась за его руку на своей голове, пытаясь ослабить боль. Не плакала. Такое поведение мужчин мне было не в новинку. Однако всё же не ожидала от этого престарелого интеллигента ничего подобного.

Сердце ухало в груди от страха. Не за себя. За ребёнка.

— Пожалуйста, не нужно, — тихо, почти робко попросила.

Это раньше я могла рисковать своей жопой. А теперь отвечаю не только за себя, но и за своё дитя. Единственное, что у меня осталось от Ратмира. И самое ценное. Пусть и незапланированное. Мной.

Юрасов был пьян. Дыхнул на меня перегаром, вызвав в памяти флэшбеки о собственной проклятой отчимом юности.

— Ещё раз, дрянь, сунешься в мой кабинет, пожалеешь, что родилась.

В отличие от отчима, в Юрасове я не оживляла похоть.

Чувствовала, что не интересую его как женщина. Лишь это меня и успокаивало.

Я закивала, действительно решив, что буду вести себя как можно более смирно. На этот раз.

Сглотнула слюну с солоноватым привкусом крови. Прикусила губу во время удара.

Он отпустил меня и скрылся за дверью, передвигаясь шаткой походкой.

Пьяным я его ещё не видела.

Дождалась, пока звук его шагов затихнет. Поднялась и направилась в ванную. Только сейчас дав волю чувствам. Собственной слабости и слезам. Они покатились по щекам от ощущения беспомощности. Безвыходности ситуации, в которую сама себя загнала.

Умылась холодной водой и приложила влажное полотенце к щеке. Уставилась на свое отражение в зеркало.

— Дура, — обратилась сама к себе.

За спиной раздался стук. Я вздрогнула и вышла из ванной комнаты, вернувшись в спальню.

— Можно? — знакомый голос Ильи прозвучал за дверью.

— Заходи, — выдохнула.

По лицу понятно — он слышал всё.

На меня смотрел бледный, обеспокоенный мальчишка. Между нами небольшая разница в возрасте, но в моих глазах он совсем ребёнок.