Куплю твою жизнь

— А я ненавижу всех твоих Ванек, которые хвостом за тобой бегают, — игнорирует мой вопрос, поднимается на ноги, подхватывая меня под попку. Пальцы осторожно проходят между половых губ, и я напрягаюсь всем телом, испугавшись вторжения. Но дальше не заходит.

— Ревнуешь? — держусь за его шею, желая прочитать ответ в глазах. Не доверяя ушам. — Боишься, что уведут?

— Увижу ещё когда-нибудь рядом с тобой мужика, убью не разбираясь. Поняла меня?

Я задавала вопрос в шутку, а ответ получила наотмашь. Серьёзный и жуткий.

Сглатываю слюну, но не киваю. Переживаю за курьеров, доставщиков пиццы и таксистов.

Соглашусь, значит, приму такие условия. А я пока не знаю, на что себя обрекаю.

Но Сабуров, похоже, решил показать делом. На что.

Наблюдаю, как он бросает чистое полотенце на пол ванной и опускается на него вместе со мной. Я слабо соображаю в происходящем. Испуганная тем, что он решил всё же войти в меня. Непроизвольно упираюсь ладошками в его накачанную грудь. Ощущая, как от его тела исходит жар возбуждения.

— Меня или несчастного? — уточняю, заставляя себя дерзко улыбнуться. Проверяя границы дозволенного. А на деле понимаю, что в глазах плещется страх.

Ворсинки махрового полотенца раздражают нежную, обласканную пальцами Сабурова, кожу ягодиц. Еложу, будто пытаясь отползти от него. Но Ратмир уводит мои руки за голову, фиксирует, не давая вырваться, и смотрит в глаза, нависая надо мной.

— Я не причиню тебе боль. Пока.

Глава 31

Ощущаю давление в груди. От страха. Более чем сомнительное успокоение с его стороны.

— А потом? — слышу свой писк.

— А потом тебе понравится, — улыбается.

Дёргаю руки. Бесполезно.

— Эй, мистер Грей, только не говори, что у тебя есть красная комната и ты заставишь меня подписывать договор, — в голову приходит всякий бред под его взглядом.

Заткнись, Сера. Просто заткнись.

Смеётся, сверкая белозубой улыбкой, заставляющей сердечко пропустить удар. Этот чёрт видел такое попсовое кино?

— Шибари и флаггеляцию попробуем попозже, — выдаёт малознакомый набор букв. И судя по тому, как он сейчас на меня смотрит, представляет, как будет творить со мной всякое непотребство.

— Отпусти, извращенец, — жизнь меня к такому не готовила. Только кино.

— Не переживай. Твоё сексуальное образование мы начнём с азов, — почти невинно целует скулу.

Если бы ещё его горячий член не вжимался в моё бедро, было бы совсем ладно. На всякий случай держу ноги сведёнными вместе.

— Слушай, — обращаюсь к нему осторожно, словно он сексуальный маньяк, от которого нужно спастись, — есть вещи, которые я не хотела бы пробовать.

— А я хочу попробовать тебя на вкус, — произносит хриплым от возбуждения голосом.

Наблюдаю, как он опускается ниже. Когда язык медленно обводит ареолу соска, все праведные мысли покидают голову.