Куратор Тёмного факультета

– Негоже Владыке ходить испачканным.

Отец нахмурил брови и строго произнëс назидательным тоном:

– Это часть образа!

Но я-то видела в его глазах искреннюю радость от нашей долгожданной встречи.

Он щёлкнул пальцами, и все убранные мною пятна вернулись на свои места.

– Говорят, у тебя новая работа...

Я закатила глаза, едва сдержав стон:

– Папа! И ты туда же! Вы что, все сговорились шпионить за мной.

Отец прищурил свои карие глаза, вследствие чего от внешних уголков разбежались лучики морщинок, и чуть склонил голову к правому плечу.

– И кто это ""все"", позволь узнать, дочь моя старшая любимая? Опять Лекс с  Маром постарались? Я же запретил им! И обещал.

..

– Да-да-да, головы им открутить. Вот только никогда не поверю, что двое наглых мальчишек смогли обскакать в вопросе осведомлённости о моей жизни могущественного Владыку Тёмных Земель! – я хитро прищурилась, копируя отца.

– Ох, лиса. Лисичкой была, Лисичкой и осталась! Ладно, не буду трогать этих оболтусов. Не со зла ведь запрет нарушили. Волновались. Ладно, иди. Не отвлекай меня от работы. Рад был тебя повидать. Заглядывай почаще и обращайся в случае чего, помни, мы же семья.

Кстати, мать видела?

– Нет, они сейчас совместно с Эсти и модистками играют в разорение казны. А это надолго.

Отец задумчиво уставился в потолок, явно что-то вспоминая.

– Точно! Кирата меня о чём-то таком предупреждала. А ещё просила меня зайти, как закончу с делами. Всё, иди. Я с ней поговорю, чтобы не обижалась. Она ведь тоже скучает по тебе.

Я ещё раз обняла отца, чмокнув в щёку. Отец взъерошил напоследок мои волосы, совсем как Лекс, и вернулся в Большой зал. Притихшие на время вопли возобновились.

У отца есть особый дар, передающийся в нашей семье из поколения в поколение и усиливающийся после восшествия на престол Тëмного Владыки – он сильный менталист.

Порой, чтобы извлечь необходимую информацию, он буквально поджаривает мозги допрашиваемому. У некоторых головы не выдерживали, и в прямом смысле этого слова разлетались на куски, как брошенный на пол спелый арбуз. Я тоже унаследовала его дар. Но пользоваться им не люблю, да и слабым получился. На мне вообще странным образом отобразилось наследие предков – я вобрала в себя почти все их характерные способности. Не сказала бы, что с этим жилось легко и просто, но с годами научилась извлекать из каждой из них выгоду, используя в зависимости от ситуации.

Наверное, поэтому и согласилась стать куратором. Ведь с моими возможностями справиться с необученными Тёмными проще, чем обычному преподавателю. А ещё... Ещё мне стало искренне жаль ребят, которые были лишены с рождения того, в какой обстановке росла я. И имею ввиду отнюдь не достаток и роскошь... Нам с братьями и сёстрами колоссально повезло родиться у таких родителей, как наши.