Куратор Тёмного факультета

Ждите новых сплетен, Адарнелия Эмильрин!

Эми улыбнулась и села в кресло:

– Боюсь, даже оно не переплюнет сплетню о том, что мы втроём являемся любовниками. Я столько вкусной Тьмы из негатива присвоила, пока шла сюда... Ммм... Словно сутки в кондитерской провела.

Я даже закашлялся.

– Хе-хе, про ""тройничок"" обо мне, конечно, ходили слухи. Кхм, в общем-то, не особо и слухи, и не только про ""тройничок""... Только обычно в них я и барышни фигурировали. Что ж, выхожу на новый уровень! – Олли от хохота даже согнуло пополам. – Глен, у тебя такой вид, словно ты готов бежать куда подальше от нас!

В принципе, я готов сбежать хоть сейчас.

Только прихватив Эми. С её любовью к путешествиям, думаю, особых возражений не последовало бы.

– Кстати, Олли, а как визит в столицу прошёл? Удалось что-то узнать?

Пока друг пересказывал то, что мне было уже известно, я внимательно наблюдал за Эми. Лицо девушки приняло отстранённо-задумчивое выражение, словно она одновременно и слушала, и сопоставляла какие-то свои мысли. Когда он закончил, Эми сосредоточенно потëрла лоб.

– Это даже хорошо, что я призвала Рострока для аудита. Хоть с этой стороны подстрахуемся.

Олли, а ты случайно не раздобыл от псевдо-Алариаса кусочек?

Олли едва не захлебнулся, так как именно в этот момент поднëс стакан с водой ко рту и сделал глоток. Откашлявшись, он прохрипел:

– Да как-то не представилось возможности его поковырять. Но если очень надо, то могу.

Учитывая, что единственный вариант, когда ему представится возможность достать ""кусочек псевдо-Алариаса"" – это дуэль, я резко запротестовал:

– Не надо! Слишком рискованно.

Эми, прикусив губу, накрутила на указательный пальчик кудряшку, выпущенную из причëски у правого виска:

– Олли, говоришь, он игроком был? Я попробую по старым своим связям найти хоть что-то.

Наверняка дубликаты старых расписок остались. Люди, занимающиеся азартными играми весьма щепетильны в отношении документооборота. А если он был должен кому-то из крупных ростовщиков, промышляющих в этой сфере, то возможно у них осталась его кровь и отпечаток ауры. Даже при полном расчёте, они, в обход всем своим заверениям и сжиганию расписок, оставляют у себя подобные метки. Думаю, смогу вытащить из них нужные компоненты и сравнить с телом настоящего Алариаса. В крайнем случае, у меня есть на примете один любитель алхимических экспериментов. Мне он точно не откажет.

– Эм... Адарнелия Эмильрин, откуда такие подробности про игроков и ростовщиков?

Судя по вытянувшемуся лицу Олли, на языке у него крутился такой же вопрос.

– Я уже как-то упоминала, что одно время была охотником за головами, а подавляющее большинство подобных особей так или иначе имели свой интерес к игрокам.

В глазах Олли зажглось такое восхищение, что меня невольно укольнула ревность.