Куратор Тёмного факультета

– Что-то произошло, Рострок?

– Я обнаружил, что со студентов Тëмного факультета удерживалась вся стипендия, кроме надбавки для старосты, с момента поступления в Академию,  за исключением одного месяца прошлого года.

Я непроизвольно схватился за голову:

– Если Адарнелия Эмильрин узнает...

– Я думаю, госпожа сейчас уже уточняет у казначея подробности этой финансовой несправедливости... – Рострок поклонился и быстро вышел. Ровно за секунду до того, как я переместился из кабинета в хранилище.

Кажется, успел вовремя: Эми стояла перед распластанным на стене казначеем, чьи руки и ноги крепко опутали полупрозрачные чёрные жгуты.

Ещё несколько ""щупалец"" Тьмы тянулись к шее, ввинчивались в тело мужчины в районе сердца и солнечного сплетения.

– Ещё раз повторяю вопрос: кто распорядился лишить студентов Тёмного факультета стипендии и содержания?

– Эм... Адарнелия Эмильрин! Нет!

Девушка медленно обернулась и посмотрела на меня абсолютно чёрными глазами:

– Я пока ещё не сделала ничего такого. Пока...

Судя по рваным дëрганным колебаниям Тьмы, она была вне себя от ярости. Медленным спокойным шагом я приближался к Эми.

– Если Вы погасите его Источник, он умрëт.

– Мне кажется, это слишком малая расплата за все унижения, которые пережили мои студенты, подбирая за другими обмылки, сломанные бритвы, занашивая форму до дыр. Но не беспокойтесь, ректор Рихтер, я прекрасно разбираюсь в пытках седьмой, пятнадцатой и двадцать третьей ступени. Хотя, не скрою, до последней доводить не хотелось бы.

– Мне... Не... Жить... Нет!!!

""Щупальц"" явно сжало сердце казначея, так как тот резко побледнел и начал задыхаться.

– Адарнелия Эмильрин, прекратите!

По тому, как на коже казначея стала проявляться золотистая сетка силовых плетений, Эми начала Тьмой раскачивать Источник.

Прекратить или повлиять сейчас на происходящее я не мог: малейшая оплошность с её стороны и она действительно убьë его.

– Я... Мне... Ректор Алариас распорядился!

– Уже лучше... А теперь подробнее! – ""щупальца"" немного начали выходить из тела, но по-прежнему оставались внутри.

– Они должны были заплатить за разрушенную аудиторию! Они опасны! Их нужно держать жёсткой рукой!

– Кого?! Детей, не знавших родительской любви?! Юных магов, не умеющих управлять своей магией, которым не дали подходящего преподавателя или наставника?! А ничего, что сама Академия должна ответить за это?! Где деньги студентов?! Потратили всё на себя, обирая сирот?! И как, нормально спится после такого?! – в голосе Эми прорезался такой металл, что стало не по себе.

Но я подошёл настолько близко, что смог положить ладони ей на плечи. Странно, но раздражения не почувствовал. Наоборот, несмотря на внешние проявления негодования, внутри она была совершенно спокойна.