Куратор Тёмного факультета

– От острой  сердечной недостаточности. . Я прогнал образцы в паре своих анализаторов, недавно доделал, кстати, и выяснил, что покойник страдал болезнями сердца.

Я задумчиво почесала Форта за ушком:

– Скорее всего, ""отец"" с ""сыном"" повздорили, вот сердечко у старшего и не выдержало... Вполне укладывается в версию, почему никто не заметил подмены: ""сын"" сразу кинулся к своему покровителю, либо к тому, кто уже свёл его с покровителем... Мда... Только бы не пришлось устраивать ""охоту на крысу""...

Лукс скрестил руки на груди и строго посмотрел на меня:

– Эми, во что ты вляпалась?

– Не я.

Так, другу хочу помочь...

Брат усмехнулся, качая головой:

– Другу, значит...

А что? Я же почти правду сказала: ведь полуправда и правда тоже.

– Ладно, будет нужна помощь– обращайся! – махнул рукой Лукс, но увидев мои засверкавшие глаза, тут же поправился. – Но преподавать к тебе не пойду!

– Бяка длинномерная!

– Я просто слишком ценю своё личное пространство, чтобы позволить через него шастать туда-сюда всяким студентам. Максимум, на что согласен: как-нибудь показать опыт Ренгайла.

И всë. Исключительно потому, что сумею это сделать не просто точно, но и красиво!

Я вздохнула:

– Вот ценит мои умственные способности родная семья, ох, как ценит... Каждый обласкал, не забыл.

Лукс развёл руками:

– Исключительно ради твоего же блага. А то ещё возгордишься, нос задирать начнёшь...

– Да ну тебя. Я не настолько тщеславна.

– Считай тогда профилактической мерой.

– Я после ваших ""профилактических мер"" скоро стану постоянной клиенткой целителей душ...

– Не бурчи, тебе не идёт. А то так и станешь мелкой озлобленной фурией! Придётся легенду на более кровавую менять.

Вот за малым сдержалась, чтобы не отпинать этого ржущего, как молодой конь, гадца! Ибо братцем назвать язык уже не повернулся.

В общем, распрощались мы с Луксом, как всегда не без подстëбов.

В Академии, прежде чем отправиться отсыпаться, я зашла к Глену и рассказала обо всём, что узнала от брата. Заодно предупредила, что ближайшие недели буду очень занята из-за усиленной подготовки студентов к проверке. Про своё решение получить преподавательский стан не стала говорить, чтобы не волновался.

В принципе, ему и самому не особо до свиданий будет из-за переписывания отчётов Рострока.

По сути, так и вышло: все последующие дни я днём по максимуму натаскивала студентов, перейдя от теоретических занятий к практике, потом позволяла себе вздремнуть пару часов, затем усиленно готовилась уже к собственной экзаменовке. Под утро сил хватало лишь на то, чтобы доползти до дивана и упасть лицом в подушку, чтобы ""доспать"" свой необходимый минимум и не уйти в посмертие от перегрузок.