Дочь Генерала. Книга 2

Хорошо, что он не видел её лица. Растерянность с детским восторгом вперемешку.

Она пропустила его вопрос, вертя головой из стороны в сторону. Большой просторный холл, окна с серебристыми раскладками, дающими максимум света. Светлые полы. Мебель в основном представлена в серых, черных и коричневых тонах, абсолютно не создающая эффект мрачности. Гриша сам провел её по всем комнатам, показал и тренажерный зал, и бассейн с сауной.

– Я люблю сауну.

– Я помню, – Даша немного смутилась, уносясь в прошлое.

В доме имелись так же несколько спален, большой зал, столовая и очень уютная кухня, где Даша сразу же полюбила завтракать. На территории располагались ещё несколько домов для обслуживающего персонала и охраны.

– Здесь безопасно, – как бы невзначай заметил Григорий, но Даша не сомневалась, что ей эту информацию дали осознанно.

– Я знаю.

Месяцы пролетели в сумасшедшем ритме. Первый месяц Гриша брал её с собой.

– Полетишь? – каждый раз спрашивал он и каждый раз напрягался. Серые глаза покрывал тонкий слой льда. Даша всматривалась в них и осознавала, что предпочитает видеть рядом с собой другого Зимина – более открытого и нежного. Такой стальной взгляд пусть он оставляет на работе.

Кстати, фамилия у него оказалась «говорящей». Подобную аналогию часто проводили русские классики. Вспомнить того же Обломова у Гончарова, вечного лентяя. Здесь же – наоборот. Мужчина, чей взгляд мог как заморозить, так и отогреть. Бесспорно, сложный характер, скрывающейся за аристократическими замашками и детством, где было всё позволено и давалось куда больше, чем всем знакомым детям Даши вместе взятым.

Она изначально относилась к нему предвзято. Не подпускала. У себя же ставила границы. Считала, что она не может быть ему парой. Та Даша, что зажималась и ни к чему не стремилась, вероятно."

"Изменилась ли она? Пока Даша сама не могла ответить на этот вопрос. Он сложный. Да и как человек может сказать, изменился ли он за несколько месяцев или нет?

То, что она стала жадно жить – бесспорно.

Решение, принятое в клинике, осталось с ней. Менять она его не собиралась.

Всё, что ей будет давать жизнь, она будет брать.

Поэтому Даша летала с Гришей. К перелетам так и не привыкла, каждый раз волновалась и переживала. Была возможность – подсаживалась к Грише. Когда он рядом – спокойнее.

Новые города и страны впечатляли. Приходилось гулять одной, это немного удручало. Гриша пытался вырваться, проводить с ней вечера, сам же нервничал. Она видела: он не успевает. Постоянные звонки, разговоры на иностранных языках отвлекали его. Он даже встречи назначал в кафе, куда они заглядывали, чтобы перекусить мороженого и выпить кофе.

Даша поставила точку.

Так нельзя.

Её присутствие выбивало мужчину из рабочей колеи. Она будет с ним летать, но реже.