Курсантка с фермы. Имитация любви (СИ)

Ингира перестала вещать пропаганду в стиле «рептилоидам – да, людям – нет», и с любопытством на меня посмотрела:"

"— А что ты скажешь центаврианам, когда они начнут выяснять, каким образом тебе удалось расколоть кристалл? Что ты скажешь, когда они спросят, как ты выжила после истощения энергии и осталась при памяти?

— Подумаю об этом позже. Это все, что ты хотела мне сказать?

У лирианки имелся еще один козырь. Ее синие глаза загадочно замерцали, а голос приобрел завораживающие интонации:

— Ты совершаешь ту же ошибку, что и Володя. А ведь ты женщина, а у женщин красноволосых – даже нечистокровных – способности всегда сильнее. Тебе ничего не внушить, а медитацией тебе служит ярость. Через гнев ты обретаешь силу, которая страшна даже лирианцам… а я могу избавить тебя от откатов. У меня есть кристаллы самых разных форм и действия. С ними ты можешь быть неуязвима всегда и жить больше тысячи лет, оставаясь все такой же юной, — закончила Ингира особенно сладкозвучно, надеясь, что такие перспективы заставят меня передумать.

И я ответила в том же стиле, сладко и медленно:

— Я лучше буду надеяться на свои мозги, чем на супер-силу предков и стекляшки.

Ей понравился мой ответ. Она даже как-то сразу расслабилась, перестала чаровать меня голосом и взглядом:

— Ты не Володя… Ты сама придешь к нам, когда поймешь, что все, что превозносят люди: любовь, дружба – это ложь. И гормоны.

«Рептилоид говорил о том же», — вспомнила я.

— А ты ведь человек. Неужели тобой, как и рептилоидами, правят только желания поесть, размножиться и подраться?

— Ты ничего не знаешь о них. Рептилоиды живут гораздо больше лирианцев, они практически бессмертны. Их опыт, знания несопоставимы со знаниями людей. Даже взгляд их смертелен для большинства людей.

— Не собираюсь с тобой спорить. Живи, как хочешь, а я буду жить, как хочу я. И спасибо за информацию. Думаю, кое-кому будет очень интересно послушать про коллекцию разных эо-ши и красноволосых.

Она шагнула ко мне, занеся руку. В этой тонкой ручке таилась мощь, накопленная, вероятно, кристаллами, но Ингира не решилась обратить ее против меня. Ее остановила моя злорадная ухмылочка – я этой ухмылке научилась у Линды.

— Давай, — я выставила вперед кулаки. — Давай, убей меня.

— Я могу это сделать, — выдохнула она, сдерживаясь.

— Так сделай. Что же ты пасуешь передо мной?

Она ударила, все-таки поддавшись эмоциям, а я увернулась и машинально ударила в ответ. Как раз по ее обманчиво девичьему лицу. Удар ее ошеломил. Он не был мощным или эффектным, но все же это был удар, который она пропустила.

— Бывает. Попробуй еще разок."

"Она поняла, что я издеваюсь, и впала в тот же ступор, в который в академии впадали мои родовитые однокурсники.