Кузькина мать

Вдобавок ко всему была потеряна радиосвязь. К-19 на одном реакторе в надводном положении шла в район, в котором по расчетам командира корабля капитана 1 ранга Николая Владимировича Затеева должны были находиться советские корабли.

Десять часов К-19 шла без связи, без возможности сообщить о случившемся. Наконец был замечен силуэт подводной лодки, связь с которой установили сигнальными ракетами.

Смерть не заставила себя ждать. Восемь человек умерли через несколько дней. Потом смерть добралась и до других. Сколько их всего умерло от полученных доз, не знает никто. Центральный орган Министерства обороны газета «Красная звезда» 26 декабря 1992 года (через 21 год после случившегося) сообщила: «Дальнейшая судьба всех 139 членов экипажа К-19 неизвестна».

Кто-то из экипажа с кем-то поддерживал связь, кто-то кому-то писал, с кем-то встречался. Но нашей великой Родине судьба ее сыновей безразлична. Никого ни в правительстве, ни в Министерстве обороны, ни в руководстве флотом судьба моряков больше не интересовала.

Ключевой момент"

"Слабым местом плана операции (а заодно и большой проблемой начальника ГРУ генерала армии Серова, командующего ракетными войсками и артиллерией Сухопутных войск Главного маршала артиллерии Варенцова и всех остальных, кто был в заговоре) было то, что полковник Пеньковский не сумел установить контакт с американским разведчиком достаточно высокого ранга, которому можно было бы доверить судьбу планеты Земля. Контакт пришлось устанавливать с британской разведкой, но правительству Великобритании вся информация, передаваемая Пеньковским, была не нужна. Эта информация касалась, прежде всего, противостояния СССР и США. Потому она была нужна только правительству США. Британцы оценили информацию, показали ее американцам, и только после того американцы решились на контакт.

Информация Пеньковского становилась известной одновременно двум разведкам и двум правительствам. Такое положение не могло продолжаться долго. Тем более что американцам информация Пеньковского явно мешала.

Глава 12

1Маршал Советского Союза Москаленко, принимая под командование Ракетные войска стратегического назначения и выслушивая сообщение своего коллеги, Главнокомандующего Военно-Морским Флотом адмирала Горшкова о нашей подводной ракетной мощи, недаром возмущался, что у американских лодок красивые имена, а у советских не имена, а номера, как у зэков каторжных лагерей. На флоте словно почувствовали недовольство маршала и ситуацию выправили: К-19 получила очень красивое, хотя и неофициальное имя — «Хиросима».

«Хиросиме» и дальше будут сопутствовать неудачи. Доля такая у кораблей: судьбы их тоже чем-то похожи, чем-то похожи на судьбы людей. Есть люди-неудачники. И есть такие же корабли.