Дочь регента

Однажды, повстречав в доме миссис Томпсон Мэри-Энн, которую полковник Вардл знавал в дни ее славы, он выразил озабоченность тем, что она находится в столь стесненных обстоятельствах. Мэри-Энн с удовольствием принялась рассказывать ему о своих бедах.

— Если бы не мои кредиторы, — заявила она, — я бы здесь не торчала. Я вела бы светскую жизнь.

— О да, — поддакнул полковник Вардл, давая понять, что тоже испытывает на себе влияние ее чар.

Он сказал, что грешно прятать такую красоту от света. Герцог Йорк не очень щедро вознаградил ее.

— Бедняжка Фред, — усмехнувшись, ответила Мэри-Энн, — ему и для себя-то вечно не хватает денег.

— Мужчина должен выполнять свои обязанности. Герцог королевской крови, которому служу я, всегда щедро вознаграждает за услуги.

— Какой герцог?

— Эдуард, герцог Кент.

— Ах, вот как... значит, он ваш друг... Полковник Вардл беспечно улыбнулся.

— О да, мы с ним на дружеской ноге. Он не очень доволен своим братом. Я знаю это от майора Додда — вы должны познакомиться с майором, он очень близок с герцогом — так вот, мне от него известно, что Его Высочество герцог Кент жаждет занять место Его Высочества герцога Йорка, считая, что гораздо лучше справится с этими обязанностями.

— Но Фред очень популярен среди солдат.

— Его брат говорит, что в армии очень хромает дисциплина. И что во главе ее должен встать сильный человек.

Мэри-Энн пожала плечами.

— Какое я имею к этому отношение?

— Вы располагаете некими сведениями. Майор Додд готов вам хорошо за них заплатить.

— Он даст мне столько, что я смогу рассчитаться с кредиторами?

— Разумеется.

— И начать новую жизнь!

Глаза Мэри-Энн засверкали при мысли о столь радужной перспективе.

Конечно, это будет предательством бедного Фреда, но ведь он тоже с ней плохо обошелся: назначил пенсион в четыреста фунтов после того, как научил тратить тысячи! В этой жизни женщина должна сама о себе позаботиться.

И она, Мэри-Энн, сделает то, что в ее силах.

После этого все пошло как по маслу...

***

Осознав, какие обвинения выдвинуты против него, Фредерик первым делом обратился к принцу Уэльскому.

Принц был очень удручен. Леди Хертфорд так и не стала его любовницей, а Мария вела себя, по его выражению, крайне неразумно.

После завершения процесса, затеянного Сеймурами, принца постоянно видели в обществе Хертфордов.

Изабелла сводила его с ума. Сколько он ни умолял эту холодную женщину, она была неумолима. Предлагать ей драгоценности и деньги было бессмысленно: многострадальный лорд Хертфорд прекрасно ее обеспечивал. Леди Хертфорд интересовалась только тремя вещами: своей внешностью, своей репутацией и партией тори. Виги с тревогой следили за развитием событий, понимая, что леди Хертфорд пытается повлиять на политические пристрастия принца.