Ларк-Райз

Одну девочку, которую в одиннадцать лет устроили горничной к пожилой паре и которая настояла на том, чтобы остаться у них до двадцати лет, ее мать всегда называла «наша бедняжка Эм».

– Когда я смотрю на других девушек, которые продолжают совершенствоваться, и думаю о том, как наша бедняжка Эм тратит свои годы на жалкую службу, мне хочется завыть собакой, – говаривала она и после того, как эти люди, к которым Эм бесконечно привязалась, удочерили ее.

Конечно, встречались странные хозяйки, а порой и определенно плохие; но они были исключением, вскоре о них становилось известно, и их избегали. Однажды Лора сопровождала свою школьную подругу на собеседование с хозяйкой, которой, по слухам, требовалась горничная. В обычное время на такие собеседования дочерей водили матери, но миссис Бимиш скоро должна была разрешиться от бремени, и для нее считалось небезопасным пускаться в столь долгий путь. Итак, Марта и Лора отправились в путь в сопровождении младшего брата Марты, мальчика лет десяти. Марта нарядилась в лучшее материно пальто, закатав рукава, и в это утро впервые уложила косу «короной», щетинившейся черными шпильками. Лора была в высокой соломенной шляпке, короткой коричневой накидке и сапожках на пуговицах, доходящих почти до колен. Младший брат Марты надел светло-серое каракулевое пальто, которое было ему мало, огромный красный вязаный шарф, а носового платка не захватил.

Был теплый серый ноябрьский день, над жнивьем плыли клочья тумана, на каждой веточке и колючке живой изгороди висели капельки воды. Детям сказали, что одиноко стоящий сельский дом, в который они направлялись, расположен в четырех милях от Ларк-Райза; но задолго до того, как они туда добрались, им показалось, что они проделали все сорок. Идти пришлось по пересеченной местности, полевыми тропинками, через перелазы и рощи, в обход деревень. Ребята спрашивали дорогу у всех, кого встречали по пути или в поле, и их всегда направляли каким-нибудь коротким путем, который приводил их в то же место, что и раньше. Случилось и несколько вынужденных задержек. Только что уложенная коса Марты все время падала, так что Лоре пришлось вынуть и снова вставить все шпильки. У мальчика в башмаки набивались камешки, ноги у всех троих ныли от тяжелой ходьбы и грязи, налипшей на подошвы. Грязь особенно беспокоила Лору, которая, не спросив разрешения, надела свои лучшие сапожки и понимала, что по возвращении у нее будут из-за этого неприятности.

И все же эти мелкие затруднения и помехи не могли помешать ей любоваться пасмурным серым днем, незнакомыми полями, лесами и деревнями, названий которых она не знала.