Ларк-Райз

Заслышав монотонное «динь-дон, динь-дон, динь-дон», прихожане из Ларк-Райза спешили через поля и перелазы, потому что псаломщик вечно угрожал запереть дверь церкви после того, как колокола смолкнут, а те, кто не успеет, останутся на улице, ему все равно.

Вместе с обитателями коттеджей Фордлоу, семьями и домочадцами сквайра и фермера, обитателями дома священника и теми, кто являлся из Ларк-Райза, вся паства насчитывала примерно тридцать человек. Даже при столь небольшом количестве прихожан церковь заполнялась практически до отказа, так как представляла собой крошечное помещение размером не больше амбара, с центральным нефом и алтарем, но без боковых нефов. Интерьер церкви с серыми, грубо оштукатуренными стенами, окнами с простыми стеклами и каменным полом был столь же неуютен, как амбар. Его наполнял запах холодной, затхлой сырости, характерный для старых, неотапливаемых церквей, к которому порой примешивались и более неприятные запахи, исходившие, как говорят, от груды гниющих останков в склепе. Кто и когда был погребен там, было неизвестно, поскольку, за исключением какой-то поврежденной старинной медной таблички в стене у купели, в церкви имелись всего две мемориальные доски, обе сравнительно недавнего времени. Церковь, как и село, была ветхая и заброшенная, и люди, покоившиеся ныне в склепе, по-видимому некогда важные особы, не оставили после себя даже имени. Безмолвными свидетелями былых времен были лишь витражное окно над алтарем, сверкавшее, как драгоценный камень в холодной серой оправе, расколотая умывальница в алтарной ограде и высокий сломанный шест от креста, когда-то стоявшего на церковном дворе.

У семей сквайра и священника были собственные скамьи в алтаре, располагавшиеся у противоположных стен, а между ними стояли две длинные скамьи для школьников, чтобы те находились на виду у начальства. Под лестницей, ведущей в неф, стояла фисгармония, на которой играла дочь священника, а вокруг нее выстраивался хор младших учениц школы. Далее располагалась рядовая паства, тщательно ранжированная: семья фермера в первом ряду, затем садовник и кучер сквайра, школьная учительница, служанки, обитатели коттеджей, а позади всех – псаломщик, следивший за порядком.

«Псаломщик Том», как его называли, был важным человеком в приходе. Он не только копал могилы, регистрировал церковные оглашения браков, согревал воду для зимних крещений и топил коксом печь, стоявшую в нефе у края его скамьи, но и принимал активное и официальное участие в службах. Его обязанностью было руководить ответами прихожан и нараспев произносить «аминь».