Ларк-Райз

Отец Салли держал корову, гусей, домашнюю птицу, свиней, у него имелась запряженная ослом повозка, возившая его продукцию на рынок. Он мог себе это позволить, ибо, по общинному праву, ему разрешалось выгонять свой скот на пастбище, собирать на пустоши утесник для топки и даже дерн, чтобы соорудить лужайку для одного из своих заказчиков. Мать Салли сбивала масло для дома и на продажу, пекла хлеб и сама делала свечи. Салли говорила, что света они давали немного, зато почти ничего не стоили, а спать, разумеется, тогда ложились рано.

Иногда отец Салли нанимался на поденные работы за деньги: скирдовал солому, сооружал и подстригал живые изгороди, помогал на стрижке овец или жатве.

Это обеспечивало семью наличными на обувь и одежду; в питании почти полностью полагались на домашнее производство. Чай был роскошью, которую редко себе позволяли, поскольку он стоил пять шиллингов за фунт. Но сельские жители тогда еще не пристрастились к чаю и предпочитали домашнее пиво.

Трудились все члены семьи; отец и мать – с рассвета и дотемна. Работа Салли заключалась в том, чтобы присматривать за коровой и выгонять гусей на самые лучшие пастбища.

Было странно представлять себе, как маленькая Салли с хлыстиком бежит по верещатнику за большими шипящими птицами, тем более что и верещатник, и гуси бесследно исчезли, словно их никогда и не существовало."

"Салли не училась в школе, потому что, когда она была ребенком, поблизости не было женской школы, которую она могла бы посещать; зато ее брат по окончании рабочего дня ходил пешком за три мили в вечернюю школу, которой руководил священник соседнего прихода; брат и научил Салли читать по складам отдельные слова из материной Библии.

Затем ей пришлось преодолевать тернистый путь учения в одиночку, и все, что она сумела освоить, – это писать собственное имя и читать Библию или газету, пропуская слова, состоявшие более чем из двух слогов. Дик продвинулся чуть дальше, поскольку учился в вечерней школе.

Было удивительно обнаружить, что многие старики Ларк-Райза, так и не окончившие школу, все же умели немного читать. С одними занимались родители; другие посещали женские или вечерние классы, а некоторые впоследствии учились у собственных детей.

Тогдашняя статистика грамотности нередко оказывается недостоверной, поскольку многие из тех, кто довольно хорошо для своих скромных нужд читал и писал, скромно отказывались от всяких претензий на то, чтобы считаться «грамотеями». Некоторые из тех, кто вполне мог написать свое имя, из робости или скромности ставили вместо подписи под документом крест.

После смерти матери Салли сделалась главной помощницей отца как в доме, так и за его пределами.