Лавандовое утро

 — Но разве это не должно быть секретом?

Люк пожал плечами:

— Кто-то диктовал, кто-то печатал… Кто знает, как эти слухи распространяются?

— По-моему, вы точно знаете, как это произошло. Но догадываюсь, что не скажете мне этого.

— Вы умница!

— И это отличает меня от большинства женщин, которых вы знаете?

Люк не ответил, но указал на длинное, приземистое кирпичное строение вдали.

— Я восстановил его.

— Но оно не выглядит новым.

— Спасибо, — сказал Люк. — Это замечательный комплимент. Я откопал старые кирпичи и почистил их, прежде чем использовать.

Они подошли к зданию, и она увидела, как бережно рука Люка прикоснулась к боковой стене.

— Вы всегда хотели быть садовником?

Он странно посмотрел на Джос и, казалось, хотел что-то сказать, но затем передумал.

— Нет, я пришел к этому позже. Я решил, что нет ничего приятнее, чем работа на земле. Ничто не приносит человеку большего удовольствия и удовлетворения.

— Может, это наследственное? Ваши корни уходят в поколения фермеров, работавших на земле?

— Нет, насколько я знаю. Мой дед управлял офисами, полными коммивояжеров, а бабушка была врачом.

— Так же, как отец Сары.

— Да, — сказал он.

Люк открыл дверь кирпичного здания, и Джос оказалась в его мастерской. Здесь было уютно. Над полками с инструментами находилось круглое окно. Джос встала на цыпочки, чтобы выглянуть, и удивилась, обнаружив, как близко к дому они находятся. Повернув голову, она видела весь задний двор и оба флигеля. Она увидела и маленький белый стол, за которым они сидели и беседовали с Сарой.

Джос посмотрела на Люка, который старательно передвигал какие-то инструменты в шкафу у противоположной стены.

— В это окно видно все, что происходит за домом.

— Разве? — спросил он. — Я никогда не замечал.

Она испытующе смотрела на него, пока он с хитрой улыбкой не повернулся к ней. Ага, вот Джос и узнала о нем еще кое-что! Теперь, когда она поймала Люка на шпионаже, пожалуй, пришло время получить от него некоторую информацию.

— Так с кем это Тесс разговаривала сегодня по телефону?

Люк посмотрел на дверь мастерской.

— Около трех?

Джос кивнула.

— Со своим братом. Она разговаривает с ним каждое воскресенье во второй половине дня. Вы можете пригласить ее на концерт рок-музыки или загипнотизировать, но если это воскресенье, она все равно позвонит брату.

— Вы говорите так, будто ревнуете.

— Вы, так же, как и я, единственный ребенок в семье. И разве вы не завидуете людям, у которых есть братья и сестры?"

"— Единственный ребенок, — вздохнула Джос. — Это красиво звучит. Я… — Она оборвала фразу. Не было никакой причины, рассказывать о том, кем были ее сводные сестры. — Да, я много фантазировала и очень хотела, чтобы у меня были сестры, хорошие и добрые, и чтобы они любили меня.