Лазоревый грех

Зебровски увидел меня и с чувством облегчения, с радостью такой нескрываемой бросился ко мне, что даже напугал слегка.

— Сотрудник Элсуорси, это Анита Блейк, маршал Анита Блейк. Наш эксперт по противоестественному.

Элсуорси нахмурился, заморгал чуть слишком быстро. Как будто до него слова доходили не сразу, а с излишней задержкой. Я достаточно часто видела психологический шок и узнала симптомы. Почему он не в больнице с остальными ребятами Мобильного Резерва?

— Извини, — шепнул мне Зебровски одними губами.

Элсуорси продолжал моргать. Карие глаза смотрели как-то мимо, будто он видел что-то мысленным взором. Плохо. Секунду назад он орал на Зебровски, сейчас таращится на что-то невидимое. Наверное, заново переживает катастрофу. Он был бледен, и на лице испарина. Наверняка ладони холодные и влажные на ощупь.

Приблизив лицо к Зебровски, я тихо спросила:

— Отчего его тоже не отвезли в больницу?

— Отказался ехать. Сказал, что хочет выяснить у РГРПС, как это вервольф может отрастить когти, оставаясь в облике человека.

Наверное, я отреагировала на этот вопрос, потому что Зебровски вдруг глянул на меня из-под очков:

— Я ему сказал, что для оборотня невозможно отрастить когти, оставаясь человеком. Это не так?

Я кивнула:

— Такое бывает. Только это должен быть по-настоящему сильный оборотень. Я знаю лишь немногих, кто способен на частичную перемену с сохранением почти человеческого вида.

Зебровски еще понизил голос:

— Неплохо было бы им это знать до того, как они поехали брать Ван Андерса.

— Я думала, что хотя бы одного человека из каждого подразделения посылают в Квантико на курсы по противоестественным явлениям.

— Так и есть.

Я посмотрела на него с неодобрением:

— Я не привыкла считать, будто знаю о монстрах больше, чем все это дурацкое ФБР.

— Может быть, надо было, — тихо ответил он."

"От его интонации я как-то остыла. Не могла же я злиться на Элсуорси, который тут стоял и моргал, как овца на бойне.

— Здесь не жарко? — спросил Элсуорси.

На самом деле было душновато — слишком много людей в небольшой кубатуре.

— Детектив Вебстер, не будете ли вы так добры вывести Элсуорси наружу, подышать?

Вебстер сделал, как его просили, и Элсуорси вышел без единого возражения. Как будто он уже истощил свой запас гнева, а теперь осталось только потрясение, да еще ужас.

Мы с Зебровски остались вдвоем в этом закутке.

— Что случилось? — спросила я.

— На меня орал Элсуорси, но пуще того — капитан Паркер. Он велел мне немедленно мотать в больницу и объяснить ему, черт меня побери, как этот гадский Ван Андерс мог сделать то, что сделал.

— И что именно он сделал?

Зебровски достал свой вечный блокнот из кармана пиджака. Вид у блокнота был такой, будто он валялся в грязи, а потом по нему прошлись ногами.