Леди 2XL. Худеть не буду!

— Потом мне его покажешь, — сурово басит он, а потом переключает всё своё внимание на меня, — доченька, так же я рад тебя видеть. Обниматься будем?..

Ну, как тут не растаять лужицей? Маму понимаю. Папа очаровательный и безумно привлекательный.

— Лишь бы пожрать, — ворчит мама, отбирая тарелку у Михаила Михайловича.

— А зачем мы сюда вообще пришли? Пож… — крепче к себе прижимает меня. — Увидеть детей, конечно.

— Поля! — вырываюсь из крепких родительских объятий. Я потом с ними поговорю, почему Михаила Михайловича за время моего больничного они посмели впустить в наш «семейный круг». — Совсем забыла про неё!

Девушку пришлось искать минут пятнадцать. Для поиска взяла в подмогу маму. Полину мы нашли в подсобном помещении. В закрытом, если быть точной. Благодаря «маминой ноге» Потапову выставят счёт за ущерб.

— Я-я н-ничего т-такого не с-сделала, — на ней уже гражданская одежда вместо униформы.

— Почему тогда убегаешь? — медленно приближаюсь к ней с одной стороны, а мама с другой. Загоняем свою жертву в угол, пугая до помутнения рассудка. Сейчас она нам всё расскажет.

— Мы меня п-пугаете, — закрывает лицо ладонями. — Я не хотела! Меня заставили!

— Что ты сделала, девочка?.. — ласково обращается мама к ней. Обманчиво. Вижу же, что сдерживается, чтобы не достать ремень и не врезать мерзавке по заднице за проступок.

— Любовь Сергеевна… Она… Я подсыпала в шампанское слабительное. Перед этим учинила засоры в обеих комнатах… Чтобы они оконфузились, а потом написали гадости в интернете. Волна хейта захватит всё п-пространство, — заливает пол горькими слезами.

Маленькая, а такая подленькая.

Павлова и глазом не моргнёт, когда все стрелки перевернёт на неё.

Никто под дулом пистолета не заставлял девушку мило улыбаться и разливать напитки.

Напитки…

Напитки?..

Напитки!

— Мама, звони дяде Грише. Он же у нас сантехник? Сантехник. За любые деньги гони его сюда. Я не позволю испортить такой вечер слабым кишечником и «унитазными засорами» («автор решил шуткануть» - «до этого я писала на полном серьёзе»)."

"Пробегая мимо папы, жующего что-то «жутко вкусное», и напряжённого Михаила Михайловича, в толпе я выискивала тех, кто пил… От чего кишечник даёт слабину громким урчанием и сами знаете «чем» (мало ли вы пьёте чаёк с печеньками).

Заметив мужчину в клетчатом пиджаке, молнией устремляюсь к своей цели. Отбираю бокал и приступаю к поиску новой. На моей памяти их было пять. По наличию дорогостоящих часов и фирменным шмоткам – счета у них не рублёвые. На «понторезов» тоже не похожи.

— Четыре… — разочарованно произношу, ожидая беды. — Где же ты «пятый»?..

— Фим, ты чего сама с собой разговариваешь? — пристраивается ко мне Николяша.

Рассказываю, что произошло.

Мужчина мрачнеет с каждым моим словом.