Леди Феникс

— Ольга Сергеевна, простите, что беспокою вас дома, никак не мог дозвониться на работу. На визитке ваш домашний, вот я и подумал…

— Не извиняйтесь, я горю на работе двадцать четыре часа в сутки, без разницы, в кабинете или в своей квартире.

— Я, собственно, хотел кое-что уточнить по поводу нашего совместного проекта…

Мы очень мило поговорили. Надо полагать, Абрамов желал убедиться, что я не подозреваю его в коварных замыслах после истории с моей машиной. Если так, то идея не очень стоящая, вряд ли я ему расскажу о своих мыслях на этот счет. Или он рассчитывал, что меня выдаст дрожь в голосе? Тоже зря.

Я слушала его и ухмылялась, и вдруг подумала, почему бы не проверить собственные догадки, сейчас это вряд ли что изменит.

— Юрий Александрович, вы меня очень порадовали, — весело закончила я. — А теперь, если можно, соедините меня с Егором Сергеевичем.

— С кем, простите? — растерялся он.

— С Терентьевым.

— Не думал, что вы знакомы.

— Пока нет, но есть желание.

— Что ж… — Он пребывал в нерешительности, не зная что ответить и что сделать.

А потом я услышала совсем другой голос в трубке:

— Здравствуй, милая.

— Глупо было рассчитывать, что ты угомонишься, — вздохнула я. Лукьянов засмеялся, тихо и ласково, а чувство было такое, точно на груди сворачивается кольцами змея. — Твои приятели знают, кто ты такой?

— Господи, детка, неужели это угроза?

— Надоел ты мне, Саша, — вздохнула я. — Сдам я тебя. Наплюю на былые чувства и сдам.

— А чувства были? — хихикнул он. — Не в обиду тебе будет сказано, врешь ты всегда крайне неубедительно. Вот и сейчас твое заявление совсем меня не впечатлило.

— А ты наглец, впрочем, о чем это я… не боишься, что Абрамов услышит?

— Не боюсь.

А ты на себя не наговаривай. Никому ты обо мне не скажешь. Ну, если только Лялину своему или Вешнякову, да и им не скажешь, так, намекнешь…

Я невольно покачала головой, а он опять хихикнул.

— Их командировка твоих рук дело? — спросила я.

— Нет, что ты, это Дед старается. Тимурке твоему дорожку расчищает. И пойдет он по ней прямиком на тот свет. Каюк твоему любовнику. По-любому каюк, он непременно полезет в драчку, и ты его не удержишь.

— Это мы еще посмотрим, — буркнула я.

— Да ладно, детка, сколько раз ты произносила эти слова? И всегда одно и то же… не тебе со мной тягаться.

В этот раз я дал тебе фору. И что? Шей вдовий наряд, милая. Кстати, мне не нравится, как выглядит наша собака. Осунулся, похудел. По-моему, ты уделяешь ему слишком мало времени.

— Саша, — позвала я. — Зачем ты это делаешь?

— Ты же знаешь, милая, — он опять хихикнул и отключился, а я повесила трубку.

— Родитель твой объявился, — сказала я псу."

"Сашка навострил уши, должно быть, пытаясь понять, что за родителя я имею в виду.