Леди и разбойник

Он умел красиво говорить, и в леденящих душу подробностях описал смерть Кристиана Драйсдейла. Прокурор выстроил и обосновал душераздирающее преступление, в котором главная роль отводилась интриганке, вышедшей замуж за влюбленного в нее человека только для того, чтобы завладеть его богатством. Девушка едва сдержала смех. В самом деле, разве не смешно видеть в ней преступницу. Не может быть, чтобы двенадцать присяжных заседателей признали ее виновной в убийстве, ведь в то время ей едва минуло тринадцать.

Пэнси внимательно посмотрела на присяжных, и в душу закралось сомнение. Судя по виду, все они были торговцы, владельцы лавок. Даже при желании на их лицах нельзя было обнаружить признаков ума. Да, скорее всего, они поддержат приговор суда, каким бы он ни оказался. Пэнси поняла, что решающее значение будет иметь точка зрения главного судьи, сэра Далримпла, и стала наблюдать за ним, делая вид, что увлеченно слушает прокурора, сэра Балсомбе Джонса."

"Судье было лет шестьдесят. Он был очень худ, лицо с аристократическим носом, проницательный взгляд, брови, сросшиеся на переносице, и резко обозначенные скулы. Выражение лица говорило о нем как о натуре желчной и язвительной. Смуглую кожу лица оттенял светло-серый парик. Длинные пальцы постоянно теребили острый, сильно выдающийся подбородок. Он сидел прямо, откинувшись на высокую спинку стула, всем своим видом давая понять, что власть сосредоточена в его руках. Появившись в зале суда, Пэнси сразу обратила на него внимание и подумала, что, по крайней мере, есть хоть один человек, способный непредвзято оценить ситуацию, человек, олицетворяющий правосудие и способный принимать решения, опираясь на закон.

Как только сэр Балсомбе Джонс закончил обвинительную речь, судья произнес:

– Благодарю вас, господин государственный обвинитель. Прошу ответить, кто представляет в суде подсудимую?

Наступила тишина. Затаив дыхание, все ждали ответа. Судья посмотрел на Пэнси и перевел взгляд на пустую скамью за ее спиной.

– Милорд, – вскочил секретарь суда, – подсудимая настояла, что будет защищать себя сама.

– В самом деле? – бросил реплику судья, в голосе прозвучали недоверие и пренебрежение.

– Леди Пэнси Вайн, – обратился к ней судья, – я правильно понял, что вы по собственному желанию отказались от защиты и будете сами отводить обвинения, вам предъявленные?

– Да, милорд, это мое собственное желание, – спокойно ответила Пэнси.

– Да будет так! – судья говорил отрывисто и резко. – Можете продолжать, господин государственный обвинитель.

– Если ваша честь не возражает, я вызову свидетеля. Позовите сержанта Хигсона.

Секретарь суда выкрикнул имя свидетеля, сержанта Хигсона ввели в зал, и он занял место на кафедре.