Леди не по зубам

– Отлично! – воскликнул Никитин, доставая из кармана жилета маленький, плоский цифровой фотоаппарат.

Следующий час мы убили на фотосессию.

Меня катали по земле, выбирая наиболее эффектные ракурсы, полусидя прислоняли к берёзам, заставляя безжизненно свешивать голову набок, распластывали на траве с раскинутыми в стороны руками. Потом отобрали наиболее удачные снимки и удалили неправдоподобные, где при наклоне головы влево, кровь текла прямо и так далее. Остановились на тех, где я сидел, привалившись спиной к берёзе. Все фотографии были сделаны с разных ракурсов, и в правдоподобности этих снимков сомнений не возникало.

"

"Я так устал, словно разгрузил вагонов пять кирпичей. Все сгрудились вокруг Никитина, чтобы рассмотреть фотографии, а я остался лежать на земле, раскинув руки и закрыв глаза.

– Ух, ты! – слышались возгласы Ганса.

– Вот этот снимок очень удачный, – говорила Беда. – И этот, и вот этот…

– Ну, сынку, я его в порошок сотру, этого гада, который хочет тебя в таком виде увидеть! – приговаривал дед, бегая вокруг Дэна. – Ну, сынку, ты тут прям как солдат после боя…

Я вдруг с грустью подумал о том, что все – включая Сазона и Элку, откровенно развлекаются моим фиктивным убийством.

Мне стало так же жалко себя, как в детстве, когда родители бросали меня одного, уходя на весь вечер в гости. Мне было три года, я садился под дверь и выл во весь голос, словно щенок, пока они не приходили и не начинали увещевать меня: «Ну, как не стыдно! Такой большой мальчик!»

Такой большой мальчик… что успел перейти кому-то дорогу, не заметив – когда и как. Какая-то сволочь заказала меня (пошло, по-дилетантски, через объявление в Интернете, согласившись заплатить непрофессиональному убийце), а я даже не знаю за что.

За что?! Я учил детей, занимался общественной работой, вел кружки, проводил дополнительные занятия для отстающих, взяток не брал и не давал, водил автомобиль, соблюдая все правила, у меня не было любовниц, врагов, кредиторов и кредитуемых. Я был так законопослушен, что иногда самому становилось тошно. И, тем не менее – кто-то меня заказал. Пока кандидатура на роль заказчика у меня вырисовывалась только одна. Только один человек мог так бездарно, так неосторожно, так по-детски наивно меня заказать.

Только зачем?!

Ответ на этот вопрос я рассчитывал получить сегодня вечером.

Мои грустные мысли прервал женский визг. Я открыл глаза и увидел, что между берёз стоит незнакомая тётка в спортивных штанах, соломенной шляпе и с лукошком в руках. Она тыкала в меня пальцем и орала как резаная.

– Убили! Убили!!

Я вскочил.

Тётка закатила глаза и стала валиться в траву. Лукошко выпало у неё из руки, на землю высыпались сморчки.

– Бежим! – закричала Элка.