Леди-служанка (СИ)

Чтобы спустя более трех часов бесплотных поисков, признаться себе в полном фиаско. В спальне все вверх дном: вывернуты ящики, сдвинуты коробки, скинут даже матрас. И все, что я нашла были: несколько колец, пара брошек, явно из недорогих, и одна тиара, судя по тому, что очень вычурная и слегка потертая – родовая реликвия.

Получается, что идти к ростовщику особо не с чем. Немного расстроилась. Очень уж хотелось покормить детей чем-то вкусненьким, да и сама я бы с удовольствием вонзила свои теперь молодые, здоровые зубы в хороший кусок мяса. Давно не имела подобного удовольствия, котлетки – это совершенно не то. И что теперь делать? Где искать драгоценности?"

"Внезапно у меня перед глазами проносится картина: мои руки отдают шкатулку. Увесистую, где-то двадцать на двадцать сантиметров, судя по тому, как я ее держу – тяжелую. А потом еще одну, больше, чем первая. И принимают обе эти шкатулки мужские руки. Поднимаю глаза. Мужчина. Привлекательный. Брюнет, серые глаза и тонкие губы. Он что-то говорит, но что - я не могу понять. Улыбка мужчины мне не нравится. Она какая-то фальшивая. Хочется забрать эти шкатулки, но поздно, мой собеседник прячет их в большую сумку и, поцеловав мне руку, выходит. А я остаюсь стоять с чувством, словно меня обманули, но не могу понять в чем.

Немного отдохнуть и подумать над увиденным мне не дает настойчивый стук во входную дверь. Что на этот раз? Я скоро начну дергаться от страха каждый раз, когда кто-то стучит. И, конечно, как и вчера никто не спешит открывать дверь. Мне приходится срочным образом приглаживать растрепанные волосы и почти бегом спускаться вниз.

- Кто там? – спрашиваю, внутренне напрягаясь в ожидании ответа.

- Государственная служба его императорского величества. Откройте сейчас же, или мы будем вынуждены выломать дверь.

- Не надо ничего ломать! – отвечаю поспешно. – Я сейчас открою.

Широко распахиваю входную дверь и застываю на пороге, полная плохих предчувствий. На меня смотрит типичный представитель от бюрократии. Мужчина, в пальто, застегнутом на все пуговицы, с надменным выражением лица, но в дешевой грязной обуви и дырявых перчатках, которые он пытается прикрыть, держа перед собой лист с какими-то вензелями.

- Графиня Бонвилл, я полагаю? – цедит он.

- Да, это я. С кем имею честь?

- Судебный пристав, господин Рюм.

- Очень приятно. Чему обязана?

- Вручаю вам судебное предписание, будьте добры, ознакомьтесь, поставьте подпись и собирайтесь на выход.

- В каком смысле на выход? – оторопело переспрашиваю. – Это, верно какая-то ошибка.

- Никакой ошибки, графиня, - с явным удовольствием говорит пристав. – Месяц назад был суд по делу о долгах графа Бонвилла. Он проигнорировал повестку, не явился, и дело было решено без него.