Ледяные Волки

У нее были коротко подстриженные вьющиеся черные волосы, серьезное выражение лица и белая кожа, почти скрытая веснушками, которых Андерс никогда не видел. Она не выглядела замерзшей, хотя отдала ему свой плащ и теперь стояла в одной рубашке.

Затем момент был исчерпан, так как лидер группы наклонил голову, чтобы изучить Андерса, намек на волка в этом жесте.

— Поздравляю с превращением, — сухо сказал он. — Обстоятельства далеко не идеальные, но мы приветствуем каждого нового члена нашей стаи.

Андерс быстро втянул в себя воздух. Подождите, что? Он не хотел вступать в стаю! Он не пойдет в Ульфару, он должен найти Рейну.

Женщина за его спиной подняла руку, чтобы схватить амулет на шее.

— И мы дадим тебе вот это, — сказала она. — Это помогает рубашке оставаться на месте, когда ты превращаешься. Помогает контролировать, когда ты меняешься. Сначала это похоже на чихание, ты ничего не можешь с этим поделать; это происходит каждый раз, когда ты волнуешься или боишься, или чувствуете что-то подавляющее. Но если носишь амулет, это происходит только тогда, когда ты того хочешь.

Его щеки горели. Но за смущением, страхом и замешательством скрывалась серьезность случившегося.

Андерс изменился.

Он стал Ледяным Волком… одним из немногих, одним из избранных.

Его мозг боролся с этой мыслью, пытаясь избавиться от нее на основании того, что Андерс не был особенным ни одного дня в своей жизни, но это было невозможно отрицать.

— Я — Хейн Меккинсен, — представился вожак, поправляя на носу квадратные очки. — У тебя были родители на площади, которых мы должны найти?

Годы практики соединились инстинктивно, и Андерс открыл рот, чтобы солгать. Правила были просты. Никогда не признавайся, что есть родня. Никогда не называй своего настоящего имени. Никогда не признавайся, что у тебя не было родителей. Но как он сможет произвести на свет родителей, если скажет «да»?

— Я, эээ…

Потом он понял, что Хейн произнес эти слова как вопрос. Было ли это из-за рваной одежды, которую он носил до своего превращения (мальчик понял с болью, что потерял всю утреннюю добычу, когда его куртка была сорвана с тела) или из-за его слишком худого тела, или из-за его немного слишком длинных волос, которые стали грязными и нуждались в стрижке, они его подозревали. В Холбарде было достаточно детей-беспризорников, очевидно, Хейн был знаком с существованием беспризорных сирот.

— Если нет, то теперь у тебя есть семья, — продолжал Хейн. — Мы заботимся о нашей стае. Тебя накормят, оденут, разместят и обучат в Академии Ульфара.

Андерс медленно выдохнул, хотя внезапно почувствовал, что его легкие уменьшились в объеме.