Единица безумия

– Тебе не помощь нужна, тебе нужно… ремнем по жопе…

Андрей раздраженно замолчал, потом поправил подушку и улегся на спину.

– У меня панические атаки.

– Дольчегабана, у тебя стресс, – вздохнул он. – Я сейчас серьезно. В твоей жизни произошли большие перемены. Психика сбоит. Не пей кофе, чтобы поменьше волноваться. Кофе будоражит и бодрит, а у тебя и так тревожный тип, переходи на чай. Только умоляю, не жри никаких таблеток, просто попей ромашку, этого будет достаточно.

– Почему это?

– Я очень плохо отношусь к антидепрессантам. Тебе, относительно здоровому человеку, они не нужны.

Поверь, если бы ты начала сходить с ума, я бы заметил.

– У Виктора Олеговича, видимо, тоже проблемы со сном. Сейчас его видела… посидели с ним в саду… поговорили.

– Какая прелесть, – проворчал Андрей и снова повернулся к ней спиной. – Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – тихо сказала Женя, в душе надеясь, что к утру Рысь-старший забудет о своем намерении.

– Спишь? – минут через пятнадцать спросил Андрей.

– Не-а.

– Обними меня. Вдруг это поможет тебе заснуть.

Женька подобралась к нему ближе и обняла за спину.

– Есть еще одно средство от бессонницы. Железно вырубишься.

– Какое?

– Раздевайся.

* * *Народное средство в виде сексуальных утех, видимо, успокоило Андрея больше, чем Женьку. Проснулся он в одиночестве, в довольно поздний час, но надо сказать в очень хорошем настроении. На прикроватной тумбочке его ждала записка от жены, написанная ровным и красивым почерком: «Андрюша, доброе утро! Я ушла…», а дальше длинно и подробно, куда и зачем ушла. Андрей улыбнулся. Это так мило и так, кажется, по-дольчегабановски в век современных технологий написать записку от руки.

Одно немного омрачило его настроение. Переведя взгляд на аквариум, стоящий на столике у окна, заметил, что золотая рыбка Дольчика отошла в мир иной. Не вставая с постели, он позвонил Женьке, разузнал, где она находится и в каком настроении, и понял, что о смерти питомца жена еще не знает. То ли не заметила с утра, то ли рыбина аккурат дождалась ее ухода и померла в одиночестве.

Андрей принял душ и спустился на кухню, чтобы выпить чашку черного кофе. Его верный помощник сидел за баром и уминал ягодный чизкейк, запивая зеленым чаем.

– Не успел позавтракать, – объяснил Федор, – ношусь с утра как савраска.

– Федя, у нас опять труп.

Федя, не переставая жевать, достал телефон.

– Ты Каверину? – спросил его Андрей и, получив утвердительный кивок, помотал головой: – Нет-нет, Марка Анатолича по таким мелочам не надо беспокоить. Рыбка у Дольчегабаны сдохла.

– Серьезно? Женя расстроилась, наверное. Она же так любила эту рыбку.

– Она еще не знает. Иначе бы причитала на весь дом.