Лекарство для разбитых сердец (СИ)

— Хорошая и плохая?

— Хорошая и еще лучше! За такие новости ты мне будешь должен еще косарь.

— Обойдешься, рассказывай.

— У-у-у-у жестокий. Хорошая — твоя блонди сегодня будет тусить в “Bar Duck”. Что за название идиотское?

— Отлично, а вторая? — проигнорировал я вопрос.

— А вторая — цыпочка кинула своего хахаля. — И заржал.

Воздух тихо покинул мои легкие. Это все мне было очень на руку. Мне не хотелось действовать грязно и выкладывать Алине всю правду о Игоре.

— Марс, знаешь что?

— Ну? — подозрительно спросил он.

— Ты самый лучший в мире брат.

— Дашь тыщу?

— Нет, — и положил трубку.

Глава 8

Алина

— И ты просто встала и ушла? — шокированная Катя смотрела на меня своими огромными глазами.

— Если бы я не встала и не сбежала, то сейчас бы сидела не с тобой, а с Игорем у него в квартире, м-м-м, как вкусно! — обещанные вкусняшки удались на славу

Мы сидели на кухне, и пили чай с блинами, которые приготовила подруга. Из открытого окна веяло вечерней прохладой, был слышен шум города

— Ты не уверена в решении, которое приняла?

— Абсолютно, — уверенно ответила я.

Я выводила узор ложкой со сгущенкой на блине."

"— Из-за таких блинов я бы кинула кого угодно

— Тоже мне шутница, — тихо смеялась Катя, скручивая блин в трубочку. — Знаешь, я его ненавижу.

Я подняла удивленный взгляд на Катю. Впервые я слышала от нее грубости в адрес Игоря.

— Почему? Тебе-то он ничего не сделал, — спросила я.

— Ты мой самый близкий друг. Когда мы познакомились с тобой, еще на первом курсе, ты стояла возле деканата в такой короткой юбке, алой футболке и белых конверсах, а твои волосы и голубые глаза… ты была как эльф, сошедший с рукописи Толкиена. Я была так рада, что ты учишься со мной. А потом, узнав тебя ближе, поняла, что ты реально неземная. Рядом с тобой мне всегда хотелось улыбаться, ты меня всегда веселила, заряжала позитивом.

— А потом, — продолжила подруга. — В твоей жизни появился он. И как сраный Дракула высасывал из тебя все хорошее, ты на глазах становилась несчастной. Я пыталась несколько раз завести с тобой разговор об этом, но ты была как стена — непробиваема и закрывалась от меня сильнее и сильнее. И у меня появился страх вообще потерять тебя, ты могла сделать выбор не слушать моих слов, вычеркнуть меня из своей жизни и уйти с ним.

Блин застрял у меня в горле, слезы наполнили глаза, что же сегодня за день-то такой.

— Почему ты раньше не говорила мне этого?

— Ты не была готова услышать меня, — Катя шмыгнула носом, расчувствовавшись, как и я.

Не знаю, что бы было, решив Катя вывести меня на такой разговор год назад или несколько месяцев. Думать об этом не хотелось. В груди отпустила тяжесть, и мне захотелось перевернуть эту страницу.