Лес удовольствий на троих (СИ)

Сложно представить, что летающая жемчужная сфера может выглядеть счастливой, но эта Лаахта прямо светилась довольством.

— Ну что, милая, хорошо тебе? — сделала несколько гребков, чтобы отплыть подальше от резвящегося фамильяра.

Жемчужинка переливалась всеми цветами радуги.

— Фу, Принцесса! Плохая девочка! Перестань на меня брызгать! — погрозила пальцем.

— Она делится с тобой своей магией и счастьем, не надо её прогонять! — обволакивающий голос моего эльфа раздался совсем рядом."

"— Что ты тут делаешь? — стыдливо погрузила тело поглубже в воду, хотя блондин видел меня обнажённой уже не раз, даже и не два. — Где Вулфи?

— Зверюга общается с родственниками. А я пришёл, чтобы побыть со своей несостоявшейся женой. Не думал, что буду жалеть, о том, что женщина не приняла обручальные клятвы. Но ты всё изменила… Я больше не хочу служить миру Леса. Я весь твой, Саша.

Сколько боли и печали было в его голосе.

— Урд… Я не хотела, чтобы меня заперли в родовой башне твои сородичи. Но ведь ты и сам знаешь, как мне дорог. Если бы наши клятвы звучали лишь для нас двоих, то я согласилась.

Эльф легко сбросил одежды, словно приказав им покинуть его сильное атлетичное тело и вошёл в воду. Я закусила губу, чтобы не застонать от того, как он был прекрасен в этот момент: белоснежная кожа, глаза цвета осеннего неба с отблесками бирюзы озерных вод, точёные черты лица.

— Что ты делаешь? — инстинктивно сделала отступила, чтобы не наброситься на него.

— Хочу рассмотреть тебя поближе и принести свой обет, глядя в твои прекрасные глаза, моя любимая!

Глава 30. Урд

Идти сквозь бесконечно-одуряюще-гнетущий пейзаж пустыни было невыносимо. Отсутствие привычной зелени сводило с ума. Единственной отдушиной был Сашин силуэт, маячащий впереди, словно мираж, влекущий своей недоступностью — кажется, протяни руку и схватишь, но нет…

Узкая талия, манящий изгиб бёдер, точёная шея, открытая из-за непривычно короткой длины волос моей Избранной. Никогда не думал, что локоны, едва доходящие до плеч — такое грозное оружие, открывающее участки кожи, и подчёркивающие хрупкость обладательницы. Но рыжая волчица набросила безразмерный плащ на Сашу, скрыв её соблазнительную фигуру. А ведь я только начал слагать оду.

— Чего загрустил, потомок Первых? Наслаждайся прогулкой! Когда ещё тебе, лесному жителю, представится такой шанс посмотреть мир? — мне было никуда не скрыться от этого оборотня, который увязался за Избранной, а теперь ещё и кичился тем, что связан с ней клятвой союза крови. Почему-то очень хотелось вцепиться ему в глотку и разорвать яремную вену — желание более присущее зверю, нежели мне, барду и поэту.

— Отстань! — буркнул и я ускорил шаг. — Здесь слишком воняет волчатиной.