Лесной глуши неведомые тропы

Хлопнула наружная дверь, и я снова услышала голос Милдреда.

— Где моя невеста?

— Здесь нет твоей невесты, благородный лорд, — отчетливо и громко ответил Энги. — Только моя жена.

— Ублюдок! — приглушенный гневом голос Милдреда напоминал шипение клубка змей. — Да как ты посмел протянуть свои грязные лапы к принцессе Ингрид! Ты, шелудивая шавка, недостоин даже слизывать пыль с ее туфель! Взять его!

Звон металла о металл заглушил возглас Энги.

— Нет, он мне нужен живым! — взвизгнул Милдред. — Я колесую его прилюдно, на площади! Где она? Приведите принцессу!

— Я здесь!!! — мой отчаянный вопль утонул в лязге мечей и глухих ударов о щит.

В голове промелькнула мысль: Энги рассердится, что я ослушалась его приказа. Но сидеть внутри, когда моего любимого убивают, я не могла. Выбежала в сени, схватила вилы, на зубьях которых еще оставались остатки свежей травы, и распахнула наружную дверь.

— Не трогайте моего мужа! — взвизгнула я, пытаясь наскоро оценить положение.

Двор заполонили чужаки. Богато разодетый лорд Милдред восседал верхом на белой лошади, пока четверо спешившихся стражников загоняли яростно отбивающегося Энги в угол двора, между забором и сараем. Несколько конных воинов ощерились острыми копьями, ожидая приказа повелителя.

— Не троньте его! Я больше не принцесса, я его жена! — завизжала я во всю мощь своих легких и замахнулась было вилами в спину одного из стражников, атаковавшего Энги, но сзади меня подхватили чьи-то руки, выдернули вилы, потащили к человеку, воплощавшему самый худший мой кошмар.

— Пожалуйста! — взмолилась я, пытаясь упасть на колени перед передними копытами белой лошади. — Прошу вас, лорд Милдред, пощадите его! Он мой муж, я ношу его дитя…

Похоже, это я сказала зря: красивое лицо Милдреда перекосилось, глубокие синие глаза налились яростью.

— Ублюдок посмел сделать моей невесте ублюдка! Ничего, ваше высочество, еще не поздно это исправить. Эй, вы! Помогите принцессе устроиться поудобнее, она едет с нами в Старый Замок.

— Не-е-ет! — закричала я, глядя теперь не на взбешенного Милдреда, а на то, как моего любимого оттеснили к забору, как острые мечи оставляют на его плече и предплечье глубокие раны. — Энги, не-е-ет!

Но больше я не смогла ничего увидеть: на мою голову накинули холщовый мешок, руки завели назад и принялись обматывать запястья веревками. Я кричала что есть силы и умывалась слезами, но тяжелые хрипы Энги, доносившиеся вместе со звонкими ударами, стояли у меня в ушах.

Вот только теперь посреди лошадиного ржания, лязга металла и моих собственных воплей я услышала еще один звук, который вселил в меня упрямую надежду. Неподалеку стройным хором завыли волки.

— Это еще что такое? — обеспокоенный голос Милдреда ворвался мне в уши сладкой музыкой.