Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите

В этом смысле фразы о «виртуозах аппаратной борьбы» являются абсолютно нормальными – и красота комбинаций тут может быть не хуже, чем на футбольном поле или в коллективных упражнениях художественной гимнастики.

Теоретик. Поскольку социальное окружение не поменяешь как перчатки, а жизнь коротка, человек (даже самый умный) обычно успевает разобраться лишь в каком-то одном виде Власти. В силу описанной выше специфики «рецепты успеха» от разных авторов сплошь и рядом противоречат друг другу[320], а попытки следовать им без понимания, в какой среде они уместны, приводят к сплошным разочарованиям[321].

Вообще, отделять частное от общего совсем непросто, у философов про это библиотеки написаны, а в таком тонком деле, как Власть, это сложно втройне.

Вот почему теория Власти до недавнего времени оставалась Золушкой среди общественных наук: правила Власти просты, но трудно понять, с какой именно Властью вы имеете дело и как их различать между собой. Поэтому перед тем, как повторять сами правила, нужно убедиться, что мы умеем отличать теплое от мягкого, а мух – от котлет. Нужно еще раз вспомнить, какие бывают на свете типы Власти, как они формировались исторически и как существуют в настоящее время рядом друг с другом, иногда на расстоянии вытянутой руки.

Во второй части нашей книги мы подробно расскажем об основных этапах развития Власти[322], а пока что ограничимся краткой (и потому достаточно идеализированной) моделью. В этой модели первой, основной и до сих пор каждый раз воспроизводящейся в любом малом сообществе (семье, армейском подразделении, тюремном бараке) формой Власти является родоплеменная.

Ее главной особенностью является личный характер всех отношений в сообществе. Здесь каждый знает каждого – не в смысле биографии и черт характера, а смысле положения в обществе. У любого члена племени есть понятный всем (а если возникают сомнения, всегда известно, у кого его уточнить: у старейшин) статус[323] в сообществе: старший он или младший, нужно ли ему подчиняться, можно ли им командовать или допустимо только советовать. Каждый в роду-племени (как и в семье) знает свое место, и для выяснения, кто кого должен слушаться, обычно не требуется насилия[324] (достаточно повышения голоса). Ну а на крайний случай существует суд людей с высшим статусом – старейшины или, в случае конфликта представителей разных родов, совета старейшин.

Однако у родоплеменного устройства Власти существуют два фундаментальных ограничения, связанных с особенностями человеческого сознания. Человеческая память «на людей» ограничена, средний человек может хорошо знать одну-две сотни, но не тысячи и уж тем более не миллионы других людей.